Он полагает, я недостаточно компетентна? Я и без того чувствую себя полной дурой — и как я могла согласиться на эту авантюру?

— Между прочим, я окончила один из лучших университетов Москвы! — я стараюсь говорить как можно спокойнее. — И опыт работы у меня есть. То есть, всем вашим требованиям я соответствую.

— Требованиям? — он хватается за голову. — Как вы можете им соответствовать, если вы — женщина???

Если бы я могла, я уже вернулась бы назад. Но я понятия не имею, как это сделать до истечения предусмотренного договором срока.

— Да, — холодно отвечаю я и перечисляю то, что запомнила еще с первого собеседования: — диплом, стаж, знание французского языка. Про мужской пол претендента там ничего не говорилось.

И вообще — что это за дискриминация? Да если бы дело происходило в современной Европе, я могла бы подать на него в суд!

Мужчина трясущимися руками открывает кожаную, украшенную вензелями папку и достает три листа бумаги, исписанной крупным почерком.

— Вот, извольте ознакомиться!

Французский я знаю почти в совершенстве, но в тексте много незнакомых мне, должно быть, давно уже вышедших из употребления слов.

Это что-то вроде запроса в кадровое агентство — только со множеством вступительных и заключительных вежливых фраз. Копию этого запроса я уже видела — в нашем времени. Только состоял он из двух страниц, а не из трех.

На первой странице документа, который я держу сейчас в руках, после длинно-церемонного обращения говорилось, что им нужен бухгалтер — достаточно опытный, чтобы разобраться с финансовыми документами на французском языке, и выражалась нижайшая просьба такового отыскать. На второй описывались дополнительные требования к претенденту — это должен был быть мужчина средних лет, спокойный, ответственный, работавший прежде на государственной службе. В самом конце этой страницы речь шла уже о другом человеке — статс- даме, которая также требовалась ко двору его величества. И именно она, а отнюдь не бухгалтер, должна была быть молодой женщиной привлекательной наружности.

Я кое-как объясняю это моему собеседнику.

— Но это ужасно! — восклицает он. — Должно быть, средняя страница потерялась при пересылке, и там подумали, что речь идет об одном человеке. Такое, знаете ли, иногда случается. Вот только что же мне делать теперь?

Я пожимаю плечами:

— Вам придется пока обойтись без статс-дамы. Направите новый запрос.

Моя голова гудит, тело ноет. Не дождавшись приглашения от хозяина, я сама подхожу к ближайшему креслу.

— Но вы не понимаете! — едва не плачет мужчина. — Вы можете претендовать только на должность статс-дамы! Мы и документы вам уже подготовили. Вот, прошу.

Мне протягивают еще один листок. Элен д’Аркур, маркиза. Звучит неплохо.