Эта свинья посмела угрожать ей браком без любви, любовницами — она правильно поняла его намеки — и больше того — детьми? Дети! Этот хам искушал ее, сам не понимая, что делает! Высокомерная свинья! Дети — единственное, что ей мучительно хотелось иметь! Но не от него. От кого угодно, но не от него!

В ее комнате кто-то был. Грохот, произведенный Алин, когда она вошла, напугал Дашу, склонившуюся над раскрытым чемоданом, и Терзая, с угрожающим ворчанием выскочившего на шум. Но, узнав хозяйку, пес ринулся к ней, всем своим видом выражая раскаяние."

"По привычке днем Александра заперла его, потому что ожидала гостей, а пес не очень хорошо ладил с чужими. Пожалуй, не следовало этого делать. Надо было выпустить его и пусть творит с этими кардинскими выскочками, что заблагорассудится! Возможно, кусок мяса, вырванный у этого щеголя, сделал бы их беседу куда более приятной, и окончилась бы она гораздо успешнее.

Алин попыталась взять себя в руки. Она и не подозревала, что может желать мести, по крайней мере в душе. Жаль, что Терзая всегда использовали лишь для защиты, потому что мысль о кардинце, воющем от боли, доставила ей невыразимое удовольствие.

Уверив огромную овчарку, что на нее не сердятся за не слишком ласковую встречу, Алин перевела взгляд на Дашу, на сундук и на кучу одежды, разбросанной по постели.

— Так ты уже знаешь?

— Слухом земля полнится, — бесстрастно ответила Даша, — а вот чего мы не знаем, так это ваших намерений. Вот я и решила упаковать ваши вещи — вдруг вы решите выйти за этого кардинца.

Ни единым движением Даша не выдала своих чувств, не показала, какой ответ предпочла бы услышать, хотя у нее наверняка уже сложилось свое мнение.

Преданная хозяйке, она бы согласилась с любым ее решением, хотя весьма вероятно, что и поспорила бы с ней. За это Александра и любила свою подругу.

Их социальное положение было неравным, и выглядели они совершенно по-разному. Черные вьющиеся волосы Даши были пышными и непокорными, а светло-голубые глаза — огромными, отчего она немного смахивала на сову, и, когда бывала серьезной, сходство это несколько обескураживало. В остальном же Даша была этакой милой пышечкой, круглолицей, невысокой, с ямочками на щеках и грубоватым юмором. Девушки были очень близкими подругами.

Александра присела на край кровати и провела пальцем по розовато-лиловому бальному платью, вспоминая, как надевала его — первый и последний раз в жизни. В тот вечер ее впервые поцеловал Кристофер, причем именно так, как она и воображала себе любовный поцелуй.

Алин приподняла платье на растопыренных руках и спросила:

— Зачем ты его укладываешь?

— Но вам же понадобится подвенечное платье, — ответила практичная Даша.