— А вы бы удивились, если бы узнали, что Василий делал то же самое, то и вы?

— Что Вы имеете в виду?

— Он старался скрыть от вас свой истинный облик. Действительно, в свое время он внушал мне отвращение, но, должна признаться, он тогда старался предстать передо мной в самом невыгодном свете и делал это намеренно.

— Зачем?

— Потому что почти все женщины влюбляются в него с первого взгляда — все дело в его лице, — и он опасался, что со мной произойдет то же самое, а ведь я должна была стать женою Штефана, а не его. Видите ли, он очень любит Штефана. Они привязаны друг к другу, скорее, как братья, а не как кузены, и Василий готов на все, чтобы обеспечить счастье Штефана, не говоря уж о такой малости, как отвратительное поведение. Вот он и корчил тогда какого-то надменного осла, а на самом деле он вовсе не такой.

Александра притихла:

— Не такой?

— Вовсе нет, только, может быть, чуточку надменен. Возможно, даже, очень надменен. Но это уж у него наследственное. Конечно, эта его дьявольская манера все высмеивать порой невыносима, но она искупается преданностью и верностью долгу.

— Какому долгу? Он ведь не более, чем…

— Он личный телохранитель короля, один из его элитных гвардейцев и владеет многими видами оружия, в чем вы можете убедиться сами, если пожелаете до отъезда прогуляться на плац. Знаете, — Таня на минуту задумалась, — при первой нашей встрече я Василию тоже не понравилась. Он считал, что я не гожусь для Штефана. Но, когда я пыталась сбежать, он не позволил мне. «Долг прежде всего» — так он сказал, и для него это не пустой звук. Есть и еще кое-что, чего вы, возможно, не знаете, — когда Василий не хочет показаться отвратительным, он неописуемо обаятелен.

— Вы правы, я этого не знаю, — сказала Александра невыразительным тоном.

— Пожалуйста, не огорчайтесь из-за того, что я вам рассказала.

— Я и не огорчаюсь, — возразила Александра, но тон ее был несколько неестественным.

— Если Василий показал себя хуже, чем он есть, то лишь потому, что не хотел жениться. Он был ужасно удручен, когда узнал о помолвке, и отправился в Россию, чтобы…

— Избавиться от меня.

Таня вздрогнула:

— Он вам так сказал?

— По крайней мере, в этом отношении он был, совершенно честен.

— Но, видите ли, сейчас я не уверена, что он по-прежнему так думает. Ради вас он продолжает играть свою роль и никак не может с ней расстаться — так же, как и вы, впрочем.

Александра вовсе не была так уж уверена, что Василий играет роль, но, даже если и так, дело от этого только хуже.

Он настолько не хотел жениться, что должен был притворяться, как, впрочем, и она.