Честно сказать, я не горел желанием приближаться к недужному, выглядел он жутко.

– Чем могу вам помочь? – запинаясь, пробормотал я, отойдя к противоположной стене.

– Сделайте доброе дело, – донеслось из темноты, – сходите в ванную, там на стене шкафчик, пошарьте на полках, найдите ампулу и шприц.

– Но я не умею делать уколы, – испугался я.

– А и не надо, я сам введу себе лекарство, пожалуйста, очень прошу, мне не дойти.

– Да-да, конечно. – Я подскочил и бросился в санузел, крохотный и грязный, как, впрочем, и все в этой ужасной квартире.

Где же он, этот шкафчик? Ага, вот. Я раскрыл двери и принялся рыться среди множества пузырьков. Внезапно мой нос ощутил знакомый запах. Машинально перебирая склянки, я подумал: «Кажется, где-то разлили бензин»."

"В ту же секунду послышался странный шум, скорее гул. Резко потянуло дымом… Я бросился к двери, нажал на нее, но она не открылась. Не понимая, в чем дело, я кинулся на нее всем телом, но фанера неожиданно оказалась крепкой. Из комнаты полетел тихий детский крик, больше похожий на скулеж больной собаки. У меня затряслись руки. Что случилось? Отчего дверь не открывается? В квартире явно начался пожар. Маленькая Лиза плачет от ужаса, а бедный Митя не может даже пошевелиться. Если я не выломаю дверь, погибнут все: девочка, мужчина и я.

Последняя мысль придала мне сил, но дверь стояла насмерть. В полном ужасе я огляделся по сторонам. Нечего даже и думать о том, чтобы разбежаться и высадить преграду плечом. Санузел был в ширину полтора метра, не больше. Вверху, под потолком, имелось довольно широкое окошко, выходящее в кухню. Я забрался на бортик ванны и посмотрел в окно. С высоты моего почти двухметрового роста было хорошо видно, как по занавескам весело скачет пламя. Нечего даже надеяться на то, чтобы пролезть в кухню, потому как в ней гудит огонь. К тому же мне, занятому в основном умственным трудом, ни за какие пряники не подтянуться на руках. Внезапно Лиза громко завизжала. Я слетел с бортика и от полной безнадежности изо всей силы ударил ногой возле ручки. Послышался треск. Я обрадовался и повторил маневр, раздался резкий звук «крак», и дверь отворилась. Я вылетел в коридор и мигом закашлялся. Пришлось возвращаться в ванную, мочить в холодной воде полотенце, прикладывать его к лицу.

Огонь бушевал на кухне, а в комнате было совсем темно от дыма. Оторвав на секунду от лица мокрую тряпку я заорал:

– Лиза, Митя!

Слабый писк донесся из угла, где стоял диван, кое-как, заливаясь от едкого дыма слезами, я добрел до лежанки и пошарил по ней руками. Пусто! Несчастный, еле живой парень исчез.

– А-а-а, – послышалось откуда-то с пола.

Я нагнулся и заглянул под софу.

– Лизочка, иди сюда.

В ту же секунду мне в руки ткнулась мокрая мордашка.