В этом взгляде карих глаз промелькнуло неверие, непонимание, обида и в завершении Айрон проследил за тем, как самые прекрасные глаза на свете наполняются слезами.

Опустив ресницы на мгновение, Райве судорожно вздохнула, пытаясь сдержаться. От обиды задрожал подбородок, но и это проявление слабости она подавила. Медленно сняла перчатки, бросила на стол, следом полетел платок, а затем девушка стремительно выбежала из пищевого блока. И во всем этом было что-то… что вынудило адмирала нахмуриться, почувствовав себя виноватым."

"На молчаливо не одобряющих его действия поваров, адмирал рявкнул раздраженно-гневное:

— Что?!

— Да ничего! — Сержант Гелер поднял нож, бросил его в мойку, взял другой и начал дорезать запеканку, удивляясь тому, какие аккуратные кусочки выходили у Райве, потому как у него запеканка крошилась и резалась криво. И уже не скрывая обоснованного раздражения, добавил: — Взял девчонку в жены, а теперь издеваешься! А мелкая молодцом — готовит отменно, шустрая, доброжелательная, открытая, а то… то что зерна тавеске втихаря в карман сунула, так то явно для тебя было — заслужил, адмирал, и не отрицай! Сам бы тебе в суп подсыпал, после такого!

— Рискни, — хмуро ответил на невысказанную угрозу Айрон, пытаясь не показать, как неприятен ему собственный поступок, хмуро приказал. — Подавайте обед!

* * *Обед проходил в тягостном молчании. На десерт офицерам досталась крошеная запеканка, но настроение Айрону испортило не это — все действительно оказалось изумительно вкусным и очень напоминало авийянскую кухню. А еще неотступно преследовало видение влажных карих глаз, в которых застыли непонимание и обида. Но его-то отравить хотела!

Раздосадованный адмирал так и не сумел отвлечься от паршивых мыслей, решил навестить супруг и таки выяснить, чего ее душеньке не понравилось!

Дверь каюты раскрылась, как и любая другая, так как для адмирала закрытых помещений не было, и Айрон шагнул в каюту — Райве спала. Нежные щечки еще были влажными от слез, на подушке так вообще мокрое пятно обнаружилось, вынуждая адмирала скрипнуть зубами. Не терпел Вейнер всей этой женской мокроты!

К груди девушка прижимала отвратительно-розовый романчик, на обложке которого Айрон прочитал не менее отвратительное название «Огненная страсть». В общем, Вейнер составил такую картину происшедшего: Пришла, начиталась сопливых бредней, в результате со слезами заснула. Но что-то внутри с такой версией было несогласно.

Взгляд задумчивого теярца скользнул по обнаженным ступням авийянки и какое-то щемящее чувство нежности вынудило достать из шкафного отсека покрывало, тоже розовое, как и все что окружало Райве, а затем укрыть спящую девушку.

* * *Покинув каюту нежданной супруги, он так и не смог успокоиться.