И хочу этого ребенка. Мелани – помнишь? Назовем так дочу?

– Ты вспомнил? – облегченно выдыхаю я. – И ты не злишься?

– На кого мне злиться? На себя за несдержанность или на судьбу за щедрость?

– И я тебя люблю… И у меня никогда не было никого другого. Ни один мужчина, он…

– Мать, пойдём-ка на стол накрывать, – тихо произносит отец, смущаясь моей откровенности.

И почему я об этом сейчас заговорила? Марк не спрашивал, да и никто другой за язык не тянул. Показалось, что это признание до ужаса важное.

Мы остаемся одни. Дышим друг другом, зарываемся пальцами в волосы. Марк сжимает меня в объятиях, а я даже через одежду чувствую, как гулко бьется в его груди сердце…

– Никто и никогда меня не трогал…"

"– Ларина, если честно, об этом несложно было догадаться. Один твой неумелый минет чего стоил. Но сейчас ты профи, да…

– Что?! И ты молчал? И привел меня в дом? Такую неопытную и…

– Я поддался соблазну остаться твоим единственным мужчиной. Танька, я никогда не был так счастлив. Знаешь, вот совсем недавно смотрел на Одинцова и удивлялся, как можно так вляпаться? Его при виде Крис расплющивало. Он человеческий облик терял. Кстати, Танька, они собираются мне отомстить. Ну так, по-доброму…

– А за что? – спрашиваю, прислушиваясь к звукам из кухни.

– Ну… Я его спровоцировал признаться Кристине в любви. А при отце он предложение ей сделал. Там у них Федька работает, он и слил инфу. Так что жди провокации и будь ко всему готова. Но помни, что я тебя люблю и никогда не сделаю больно.

– А давай им подыграем? – оживляюсь я. – Я скажу Крис, что несчастна. Или ты меня не любишь. А они…

– Давай. Хочу посмотреть на разочарованную рожу Одинцова. Он небось думает, что обыграет меня?

– Здорово, Стрельбицкий. Я охочая до всяких розыгрышей.

Марк целует меня в щеку. Помогает подняться с дивана и провожает в кухню.

– Ну, зятек, садись, выпей с тестем. И расскажи, как ты до такой жизни докатился? – гремит папуля. – Заделал ребенка и не знал, а потом…

– А я его соблазнила, – выпаливаю неожиданно. – Вырядилась в костюм ночной бабочки и… Просто он мне очень нравился, – опускаю виноватый взгляд.

– Тьфу! Чтобы моя дочь и… Куда Павлик наш смотрел? Да и Марк? Неужели, не запомнил, кого драл?

– Саша, ну чего ты при ребенке? Мне семья Стрельбицких нравится. И дочку я благословляю, – улыбается мама, раскладывая по тарелкам щедрые порции салата. – Видно же, что он ее любит.

– Э-эх… Смотри, зять, если Татьяну обидишь… Будешь потом Боне нашему завидовать.

– Не обижу, не беспокойтесь. Я вам обещаю. Вы зятя-то кормить будете? – смелеет Марк.

– Галя, наливай. И гуся замаринуй, завтра продолжим! Танька, трезвым мужа сегодня не жди.

– Он пока не муж, – отвожу загадочный взгляд и улыбаюсь.

– Ларина, ну не томи – выйдешь за меня? – взмаливается Марк.

– Да, Марк.