От его слов грудь затапливает теплом. Я прячусь, поворачиваясь к кухонному шкафу, чтобы Артем не увидел моей глупой улыбки. Я сейчас плохо контролирую свои эмоции, да и не хочу их контролировать! Впервые в жизни хочется довериться и почувствовать легкость момента. Пусть всё идет своим чередом. Я же не прошу ничего сверхъестественного от Чертова. Только нежности и капельку искренности.

Мне хорошо с ним. От простого телефонного разговора стало так сладко, что я чувствую себя влюбленной глупышкой. А это значит, что я чувствую себя на десять лет младше. Не прекрасно ли?

И как стремительно… Я правда так быстро в него влюбилась? Прониклась, как минимум.

И у меня нет сил себя одергивать. Тормозить и пытаться дышать через раз. Наоборот, хочется открыться навстречу и дать ему залечить все раны, которые оставил Лавров. Не желаю быть злой стервой, которая подозрительно смотрит на всех вокруг и каждую секунду ждет подставы. Лучше вообще не жить, чем так.

Я даже не хочу думать о своем биологическом отце. Обо всем клубке проблем, с которым еще предстоит разобраться. Организм как будто требует передышку. Я хочу в мужские руки.

В щедрые, ласковые и умелые. Я женщина, мать твою, и я истосковалась по заботе.

— Я, пожалуй, поеду, — сообщает Артем, которому не отказать в деликатности.

Он слышал наш разговор с Чертовым и уже поднимается со стула, попутно допивая кофе.

— Спасибо за кофе.

— Не за что, — я поворачиваюсь к нему. — Ты сказал, что расписания больше нет, но ты все равно будешь приезжать?

— Если буду нужен. На мой номер можно звонить в любое время, я всегда на связи, — он берет с барной стойки свой сотовый. — Или, может, уже есть какая-то просьба?

— Не знаю, — я задумываюсь.

— А ты знаешь Самсонова?

Артем хмурится, собирая морщины на высоком лбу.

— Я так поняла, он крупный бизнесмен, — я говорю, а сама уже жалею, что вообще завела этот разговор, ведь хотела подождать и не забивать голову раньше времени. — Старше твоего босса…

— Я понял, о ком речь, — Артем, наконец, оживает и кивает. — Если честно, говорить о таких людях вне моей компетенции.

— Что значит “о таких”?

Я вижу, что ставлю его в неловкое положение. Артем поджимает губы и выглядит так, словно вдруг оказался под сорокоградусным солнцем.

— Хорошо, скажу напрямую, — Артем кивает. — Мне запрещено разговаривать с вами о Самсонове.

— Что? Почему это?

— Господину Чертову виднее."

"— Он оберегает меня от правды? — я неосознанно делаю шаг к Артему. — И я не могу попросить никакой информации? Фотографий Самсонова или хотя бы краткой биографии?

— Она есть в интернет.

— Там одна ложь, Артем, — я взмахиваю ладонью. — Если верить интернету, то я была настоящей женой Лаврова и жила в его особняке под Москвой.