– Альма, – прилагая неимоверные усилия, чтобы подать голос, прошептала я, – пусть найдут Рэнсвода.

– Какого Рэнсвода? – не поняла она. – Магистра, что ли?

– Он живет на Стрэйн-Лейн. – Я проговорила адрес и без сил прикрыла глаза. – Киар поможет. Знахарь здесь просто бессилен.

– Чем тебе поможет магистр? – неожиданно разозлилась подруга. – У тебя резерв кипит! Тебя магия заживо сжигает!

– Это не моя магия, – шепнула я, погружаясь в мутное забытье.

Казалось, что время остановилось в одном моменте. То и дело к моим губам приставляли край чашки и заставляли пить горькие снадобья.

Ледяная влажная салфетка ложилась на лоб, потом нагревалась и снова ложилась. Голова раскалывалась. И все словно происходило в странном сне, очнуться от которого помог резкий знакомый голос:

– Где она?

– Магистр Рэнсвод, у девушки магическое закипание. Такое изредка случается от переутомления. Мы уже сделали все, что могли. Знахарь будет в течение получаса.

– Выйдите все из палаты, – словно пропустив объяснения, потребовал он и вдруг рявкнул: – Вон! Все.

И дверь закройте.

Звук отодвинутого занавеса заставил меня приоткрыть глаза. Комната по-прежнему плыла, фигура Рэнсвода тоже.

– Ты все-таки здесь… – Я не узнала собственного скрипучего шепота.

– Тихо-тихо. – Киар присел на край кровати и, мягко поддерживая меня под спину, заставил сесть. – Сейчас будет не очень приятно.

Ловким движением он стянул мне через голову блузку. Я поморщилась, привалилась горячим лбом к его крепкой груди.

– Потерпи, хорошо? – прошептал он и, осторожно спустив тонкую бретель нижней сорочки, мягко поцеловал мое обнаженное плечо.

В поцелуе не скрывалось ничего чувственного, это было прикосновение губ смятенного человека. Похоже, стальной Рэнсвод тоже умел пугаться.

Прохладная ладонь легла на пульсирующую болью метку. Магия наконец нашла выход. Толчками она покидала тело. Было ужасно, почти нестерпимо больно. Просто химерова пытка из темных времен первородного языка!

Со стоном я сжала зубы и вцепилась пальцами в рубашку Киара. Казалось, проклятое слияние никогда не подойдет к финалу.

Оно длилось и длилось, словно растянулось во времени, а закончилось будто внезапно.

Боль пропала, тело сотрясала крупная дрожь. Жар уходил, я начинала ощущать, что в палате стоит неприятный холод. Очень хотелось плакать. Стараясь справиться со слезами, крепко обняла Киара за пояс, прижалась всем телом, пытаясь согреться в тесных объятиях.

– Все закончилось. Мы справились, – тихо увещевал он, гладя меня по голове, как маленького ребенка. – Теперь все будет хорошо.