К началу я уже не успевала, но все еще надеялась не пропустить первый поединок Альмы.

– Вот! Вы, молодежь, такая безответственная! – заворчал он. – О каких-то глупостях думаете, а надо думать исключительно о службе.

– Тут уж вы правы.

На этом мне все-таки удалось вырваться из бывшего кабинета Рэнсвода. К спортивной арене я бежала, стараясь подавить приступ хохота. Смеяться и держать спорую рысцу было сложно. Добралась взопревшая и взлохмаченная, еле дыхание перевела.

Возбужденные вопли толпы были слышны еще в переходе, а когда я оказалась в спортивном корпусе, то оценила, сколько народу приехало поглазеть на зрелищные соревнования.

На балконах собралась такая толпа, что происходила настоящая неразбериха: болельщики команд-противников были вынуждены тереться боками. Пришлось толкаться локтями, чтобы протиснуться в дверях и попасть к скамьям, откуда за поединками следили команды.

В турнирном круге уже шел женский бой. Как всегда, за плотным защитным пологом яркая форма девушек казалась выцветшей, а вспышки боевой магии – тусклыми. Соперницы боролись на мечах, а не на тренировочных шестах, так что смотреть на мелькающие изящные, но длинные клинки было жутковато.

Поэтому мне не нравилась турнирная магия!

Команда нашей академии стояла возле ограждения и внимательно наблюдала за боем. Я подошла к подруге и быстро поздоровалась. Оказалось, что поединок Альмы шел следующим и соперница ей попалась сильная.

– Сяду на трибуну, – махнула я рукой, но айтерийка только растерянно кивнула.

Отойдя, я изучила зал в поисках (ладно, свободного местечка – это слишком амбициозно) хотя бы щелочки, куда можно было бы вместиться, тесно-тесно скукожившись.

Взглядом наткнулась на Финиста, облокотившегося – ой, обнимающего худую брюнетку с бала. Или откуда-то из другого места, я и на празднике ее особенно не разглядывала."

"Он поднял руку, предлагая мне садиться рядышком, мол, в тесноте, да не в обиде. Честное слово, лучше посреди толпы соперников орать дурным голосом речевки нашей академии, чем оттенять Финиста с его левой стороны (по правую руку сидела брюнетка). Но тут мне между лопатками прилетел случайный тычок локтем, и как-то ноги сами собой понесли на единственное свободное место с краю лавки.

– Привет, партнер, – как ни в чем не бывало лучезарно улыбнулся Берт.

Он подвинулся сам и привел длинную скамью в движение. Люди один за другим начали двигать зады. Волна докатилась до центра и ударилась в мощного здоровяка, занимавшего место на два человека. Он скукожился, сунул руки между коленей, но не переместился ни на мизинчик. Может, оно и к лучшему. Не исключаю, что в конечном итоге худенький очкарик, сидящий на противоположном конце, соскочил бы на каменный пол.

– Привет.