Традиционно в нем набилось больше всего народу.

– Да.

– Никуда не сбежишь?

– У меня туфельки не для бега, – пошутила я.

– Ладно, – подмигнул он. – Дай мне пять минут.

Через десять он тоже не вернулся. Я стояла одна, оглядывалась по сторонам, пытаясь отыскать знакомые лица, и чувствовала себя очень глупо. Отчего-то вспоминалось, как на выпускном балу мой бывший одноклассник бегал за напитками. Он с таким усердием меня поил, словно надеялся, что я захмелею с ягодного пунша. Или, может, считал, что я умираю от жажды.

Парень вообще плохо представлял, с какого бока подходят к девушкам, и мама возмущалась, что с таким партнером по танцам ее дочь никогда не испытает счастья первого поцелуя на главном празднике взросления.

Она ошиблась. Я испытала из принципа. Целовался одноклассник чудовищно.

Финист точно целовался отменно, и уверена, что в мой бокал с пуншем, если бы я его пила, был бы добавлен крепкий хмель. Конечно, исключительно для вкуса, а не для сговорчивости дамы.

Неожиданно передо мной вырос шкаф в костюме темно-синего цвета. Едва не уткнувшись носом в атласный лацкан, я обалдело подвинулась.

Сверху нависал и отчаянно краснел капитан команды по турнирной магии Эзра Ходж.

– Грандэ, поговорить надо. – Он нервно откашлялся в кулак и дернул головой. – Отойдем на минуту?

– Куда?

– В место потише, – буркнул он.

Я вновь покосилась на фуршетный зал, но ни со стаканом воды, ни с пустыми руками Финиста не заметила. Он растворился где-то между столами с напитками и закусками. От разнообразия, что ли, глаза разбежались?

– Давай отойдем, – со вздохом согласилась я.

Эзра шел, сунув руки в карманы, развязной, но нервной походкой.

Он вклинивался в толпу, как таран, и народ поспешно расходился в разные стороны. Аккуратно придерживая платье, я шустро семенила следом. Было заметно, что к костюмам здоровяк не привык: пиджак стеснял движения и натягивался на мощных плечах, а брюки не позволяли сделать широкий шаг.

Место потише, по мнению Эзры, находилось за одной из колонн. Когда мы скрылись от лишних глаз, он помялся и резковато проговорил:

– Твоя подружка…

– Какая из них? – Я изогнула брови, хотя прекрасно понимала, что для Ходжа у меня имелась единственная подружка.

– Не гони, Грандэ, ты понимаешь, о ком я говорю, – огрызнулся он, видимо, взбесившись, что его заставляют вести себя по-человечески, а не как обычно.

– Ах, ты об Альме. – Я скрестила руки на груди. – И что с ней?

– В общем, я хочу пригласить ее на танец, – буркнул он. – Ты замолви словечко, чтобы она не послала меня… ну… к химеровым демонам.

– Хорошо.

– Да брось, Грандэ. Знаешь ведь ее паршивый характер! Я отплачу… – Он осекся. – В смысле, ты мне поможешь?

– Да, – кивнула я.

– Да? – вытаращился он.