Ей стало неприятно смотреть на дерущихся мужей, но ко двору подъехал ещё один походный домик. Возничий приподнялся и громогласно потребовал освободить дорогу. И каково же было её удивление, когда она увидела Бориса Лукича Репешка!

— Наперегонки ехали, — авторитетно заявил Гришка, разглядывая скопившийся транспорт и вид возниц. — Но Лыко-Оболенский всех обогнал. Хорошие у него лошадки!

Дуня направилась к Репешку, чтобы поздороваться, но пока она обходила побоище, раздался голос князя:

— Разойтись! — и княжеские воины начали наводить порядок.

Бояре развернулись к князю, чтобы поздороваться.

— Ладно, не будем ждать, — решила Евдокия и отправилась на кухню.

Ей не хотелось сейчас ни с кем говорить. Боярышня думала, что князь немедленно прочитает её послание и сразу же даст ответ, а его отвлекли и наверняка он закрутится в деловой круговерти, вспомнит о свитке только вечером, когда будет раздеваться, а там отложит до утра... Находиться в состоянии ожидания Дуне было невыносимо, и она решила посвятить этот день выпечке.

Даринку на общей кухне хорошо знали и уже ждали. Когда она начала заваривать тесто, то женки столпились возле неё. Евдокия же заняла большой стол в стороне и тонко раскатывала тесто фило, прислушиваясь к болтовне. Говорили в основном о еде, и Дуня с интересом слушала, какие травки можно добавлять в хлеб, чтобы тесто наполнилось вкусом или стало ноздреватым.

— Что же можно испечь из такого тонкого теста? — спросила одна из жёнок, задумчиво глядя на разложенные боярышней пласты.

— Разное, — хмыкнула Евдокия и приступила к сборке пахлавы. Сначала она думала воспользоваться теми начинками, что готовили для заварных булочек и испечь пироги, потом ей захотелось испечь штрудель, но увидев на кухне орехи и мёд, передумала. Даринка как раз закончила возиться со своим тестом и запихнула будущие булочки в печь. У Евдокии тоже нашлись помощницы, и вскоре её пахлава отправилась следом.

Пока все возились с привычной текущей работой и заканчивали подготавливать начинки для заварных булочек, аромат выпечки распространился по всему дому и началось паломничество. Ходоков прогоняли с шутками-прибаутками, оттого среди женщин стоял шум и веселье. Евдокия смеялась вместе со всеми. Особенно досталось шуточек Тишке, княжьему слуге, собиравшемуся первым снять пробу. Но вот уже булочки были начинены солёными и сладкими начинками, пахлава поставлена в ледник пропитываться, как следующим гостем за вкусным оказался сам князь.

— Ишь, распотешились, — задорно произнёс он. — Это что же вы тут печете, что мои гости в предвкушении причмокивают, да платочками бороды вытирают?

Жёнки засмеялись, смущённо переглядываясь. Не бывало на их памяти, чтобы их князюшко сюда заглядывал.