— Я не понимаю, какую плату ты хочешь? — спросила, сама не веря в то, что продолжала этот разговор. — Ты сказал, что сделаешь это за закрытыми дверями? Знаешь, эти слова еще сильнее пугают.

— Все просто, сестренка, — он ухмыльнулся, отчего тело пробрало морозным льдом. — Это не значит, что я собираюсь закрыть тебя где-то, просто твои унижения буду видеть исключительно я. Ничего особенного. Для меня. А тебе будет больно.

3

Уголки моих губ дрогнули, а после опустились вниз. Как и сердце которое, судорожно трепыхаясь, уже не ощущалось на прежнем месте.

— Скажи честно, ты просто не хочешь мне помогать? — спросила, не совсем контролируя себя и резко опуская руку. Тем самым задела книги на столе, которые тут же посыпались на пол, создавая тот грохот, который следовало критически избегать. Я даже испуганно замерла и бросила взгляд в сторону двери. Еще не хватало, чтобы мое присутствие в мужском общежитии обнаружили.

— Неужели догадалась? — опуская взгляд, Аш посмотрел на то, как я, встав на колени, начала собирать его книги. — Еще скажи, что у тебя в голове не совсем пусто."

"— Как ты вообще можешь быть таким? — дотянувшись до книги, которая упала в ворох проводов, я сжала ее с такой силой, что в пальцах стрельнуло от боли. — Разве ты не понимаешь, что я просто так не разводила бы тут истерику? Да меня реально на части порвут.

— Разве мы уже не определились с тем, что мне плевать? — потянувшись, Аш взял несколько плат. Почему-то уже теперь мне казалось, что, до того, как я пришла, он их просматривал. Убирал провода и сейчас вернулся к первоначальному занятию. И на меня больше не смотрел. Так, будто меня тут вовсе не существовало.

Судорожный выдох. В груди все полыхнуло и момент жажды вернуть себе самоконтроль был к чертям потерян. От безысходности затрясло и я кинула книгу об пол.

— Как бы с тобой не было тяжело, но ты мой брат. И поэтому я прибежала к тебе, а ты… Всего лишь ублюдок без совести и сожаления, — я стиснула зубы с такой силой, что скулы заныли. — Блохастая псина!

Плата в руках Аша треснула и он медленно повернул голову в мою сторону. Черты лица были искажены, тем, что заставило меня замереть. Даже перестать дышать, ведь таким я брата еще не видела.

— Как ты меня назвала? — спросил он, еле заметно наклоняя голову набок, из-за чего черные, непослушные волосы частично упали на лицо. И в том освещении, которое было в комнате, это выглядело по-настоящему жутко.

Я явно сказала лишнего. Слова, из-за которых для меня скорее всего «завтра» не наступит, так как брат убьет меня прямо здесь и сейчас. Безжалостно и с особой жестокостью.

И виной всему мой язык, ведь я пыталась намеренно задеть его. Все из-за некой аномалии, впервые проявившейся в прошлом столетии.