Это было уже отпечатанное письмо относительно того, что его судьба решена и он освобожден от занимаемой должности. На том месте, где должна быть подпись, он написал: «Алан Гринмор, генеральный директор».

Вот ведь человек! Настолько привык всем командовать, что даже вопрос собственного увольнения взял в свои руки. Я взял письмо и, прежде чем выбросить его в корзину, порвал. Он удивленно на меня уставился.

— Я долго об этом думал, — сказал я, — и решил, что буду только президентом, а должность генерального директора передам другому человеку, вместо того чтобы исполнять обе должности самому. Предлагаю этот пост вам. Вы отличаетесь культом эффективности, страстью к результатам. Мы повернем эти качества на пользу благородным целям. С этого момента ваши функции, если вы, конечно, согласитесь принять пост, будут состоять в том, чтобы сделать наше общество гуманным предприятием. Его службы должны работать очень качественно, в режиме полного уважения к клиентам, служащим и смежникам. Как вы уже знаете, я побился об заклад, что счастливые люди будут работать более эффективно, а смежники, если с ними обращаться как с партнерами, постараются быть на высоте оказанного доверия. Что же касается наших клиентов, то они по достоинству оценят все, что мы им предложим.

— Это долго не протянет. Вы же видели: акции упали еще на одиннадцать процентов!

— Ничего страшного. Просто еще один крупный акционер продал свою долю. Теперь общество состоит только из мелких держателей акций, и это заставляет нас пересмотреть свой взгляд на предприятие. Давление со стороны крупных инвесторов, которые диктовали свои законы, кончилось! Теперь мы все как одна семья…

— Вы сами подставляетесь, чтобы вас съели с потрохами. Я и шести месяцев не дам до того момента, когда какой-нибудь конкурент в пику вам объявит о тотальной публичной распродаже акций. И не дам пятнадцати дней до момента, когда объявится какой-нибудь мажоритарный акционер и вас отправят в отставку.

— Тотальная распродажа акций ничем не кончится. При тотальной распродаже обычно стремятся перекупить акции у части акционеров по ценам выше, чем на Бирже. Но напоминаю вам: они голосовали за меня уже после того, как я предупредил, что акции будут набирать обороты значительно медленнее, чем при вас. Следовательно, они присоединились к проекту, отказавшись от надежды на прибыль в короткий срок. Держу пари, что они договора не нарушат и не поддадутся на пение сирен.

— Вы просто не хотите видеть простых вещей. Они не устоят. Пока в игре деньги, человек слаб.

— Вы так и не поняли, что ситуация изменилась. Ваши акционеры плевать хотели на судьбу предприятия. Им нужна была только прибыль, вот и вся мотивация. Потому вы и стали рабом рентабельности их вложений.