И в этом мареве ярким пятном выделялось лицо землянки, приковывая к себе все его мысли."

"Он впился глазами в это лицо. Почти не осознавая, что делает, потянулся к распластанной под ним жертве, мечтая лишь о том, чтобы коснуться ее губами. Ощутить, как ее губы шевельнутся в ответ, расслабляясь, пропуская его язык. И какой она будет сладкой на вкус…

Охваченный внезапным желанием, он со стоном шевельнул бедрами. Еще сильнее вдавил плотный бугор в штанах в нежную плоть.

Девчонка трепыхнулась под ним.

В ее глазах сверкнуло что-то болезненно острое, ледяное.

Она не оттолкнула его.

Не закричала. Только напряглась всем телом, да голову приподняла, глядя в упор.

А потом плюнула.

Плюнула в лицо наследнику Высшего Дома.

В лицо тому, кто способен уничтожить ее одним щелчком пальцев.

Смачно так плюнула, с чувством. Вкладывая в этот плевок всю свою ненависть и бессилие слабого существа.

– Ублюдок! – прошипела что-то на своем языке. – Хочешь трахнуть меня? Давай!

Ругательство. Ему не нужен был переводчик, чтобы это понять. Достаточно слышать. И видеть ее глаза.

Марина ждала, что он ударит ее в ответ.

Она почувствовала, как окаменели его мышцы, и сама напряглась, ожидая удар. Внутренне сжалась, хотела даже зажмуриться, но заставила себя смотреть на него.

В это до невозможности красивое, и в то же время до жути чужое лицо.

Пусть ударит. Тогда она сможет еще больше возненавидеть его. Хотя, ненавидеть больше уже невозможно.

Он убил ее мужа у нее на глазах. Отца ее будущего ребенка. Равнодушно выстрелил ему в голову.

Она никогда не забудет тот красный снег и вкус крови Антона.

Пусть Антон оказался предателем, но не этому инопланетному гаду его судить.

С Антоном у нее было целых шесть месяцев романтики и любви. И не мог он притворяться все это время. Не мог!

Она же помнила каждый день, начиная с минуты знакомства. Его мальчишескую улыбку, застенчивые попытки обнять…

Первый поцелуй, свидание на крыше административного корпуса, куда они проникли тайком…

Кофе, которое он варил по утрам для нее. Смешные рожицы-смайлы, что прилетали от него на ее мульти-таб в течение дня.

Ночи, когда его тело прижималось к ее, даря чувство защищенности и тепло.

Не могло это все быть обманом…

Она судорожно вдохнула и, не выдержав, отвела взгляд.

Но удара так и не последовало.

Ее мучитель что-то прошипел сквозь сжатые зубы. Отпустил ее руки и резко поднялся. С завидным спокойствием поправил одежду. И только потом посмотрел на нее.

По его лицу невозможно было прочитать, что он думает или чувствует. Казалось, он вообще не способен на чувства.

Мужчина, который только что с маниакальным блеском в глазах прижимал ее к полу, за пару минут превратился в бездушного робота.