— Давай ты остановишься? Я тебе всё объясню.

— Давай! — процедил Руслан.

Через несколько минут он смог найти свободное место для парковки.

— Слушаю тебя, стриптизёрша Ева, торгующая видами своих прелестей, — ядовито отозвался босс.

— Первое, Алмазов. Без оскорблений. Ясно? Второе. Я не стриптизёрша. Я хореограф. Я ставила в клубе танцы девочкам.

— Нескладно врёшь.

— Меньше всего мне хочется выслушивать беспочвенные обвинения, Алмазов! — я достала телефон. — Сейчас я позвоню своей подруге, она работает в клубе. Она подтвердит мои слова.

— Нет, Ева. Она подтвердит любую твою ложь, — безапелляционно заявил босс.

Я с удивлением посмотрела на начальника.

— Для мужчины, который якобы ни разу не обжигался на отношениях, ты чересчур болезненно реагируешь на слова о лжи. Во-о-от где собака зарыта!

— Собака! — выкрикнул Алмазов.

От испуга я подскочила на месте.

— Я совсем забыл про собаку. Из-за тебя, между прочим! Все мои беды только из-за тебя, Ева. Ты — источник всех проблем!

Алмазов резко выкрутил руль. Какой-то он неуравновешенный стал и дёрганый до ужаса! Неужели мысль о браке, пусть даже фиктивном, делает из мужчин психов?

— Лучше молчи.

Поговорим дома, — бросил босс.

Я предпочла не открывать рот на протяжении нескольких долгих минут. Но язык мой не желал оставаться без дела. К тому же мне было что сказать хаму.

— Руслан Дамирович, обращаюсь к вам как к человеку взрослому и разумному. Прошу учесть, что я в положении. Возможно, вам как мизогинисту и противнику отношений, браков и стороннику движения child-free мысли о беременной женщине глубоко неприятны…

— Что? — удивился Алмазов.

— Не перебивайте меня, я не закончила! — отчитала босса ледяным тоном.

 — Возможно, вы не разделяете моих взглядов на семью и отношения. Жить, как вам хочется, это ваше право. Живите согласно своим убеждениям! Но не ущемляйте при этом интересов других. И уж тем более, не вредите. Я начинаю нервничать рядом с вами. Это губительно сказывается на здоровье малыша. Возможно, вам на это плевать. Но мне нет. И если вы будете продолжать вести себя таким хамским образом, я буду вынуждена отказаться от исполнения договора. И не надо грозить мне увольнением, судом, тюрьмой и нищей жизнью. Я продам квартиру, если потребуется. Но здоровье малыша для меня превыше всего.

Алмазов выслушал мою тираду, не перебив меня ни разу.

— Извини, — ровным тоном произнёс босс. — Перегнул палку.

— Извинения приняты, — таким же равнодушным тоном ответила я.

Хотя, конечно, я его ни капельки не простила. Чёрствый, бездушный, циничный аферист.

Деловые отношения — вот что мне необходимо.

Но, боже, как же рядом с Алмазовым сложно придерживаться деловых отношений!

***

За оставшееся время поездки мы не проронили ни одного слова.