Вышла сразу, старый Пайкус вслед за ней. Бывший морской разбойник двигался куда проворнее, чем обычно, окинул пронизывающим взглядом округу и пробормотал:

- Повезло тебе девочка. Никого. Поехали скорее, пока народ не вернулся.

Потом мазнул взглядом по юноше, скрюченном на дне тачки, и отвернулся. Много разного видел на своем веку старый пират, много смертей и казней, не раз сам вздергивал лихих ребятишек на рее, или рубил головы и выпускал потроха. Но они все, все заслужили свою смерть! Все до единого. А этот мальчик... эти мальчики... Старый Пайкус нахмурился и сказал, обращаясь к Нильде:

- Давай, я его покачу.

- Нет.

- Ты устала...

- Нет. Дедушка Пайкус, не будем терять времени. Ты иди вперед, выведешь лодку, а я дотолкаю тачку к воде.

- Ладно, как скажешь, - дед бодро пошел к старому причалу, где у него была в неприметном месте спрятана лодочка. Будто специально для таких случаев. Мало ли что может произойти в жизни бывшего контрабандиста.

Разбитая мостовая сменилась деревянным настилом, Нильда устала. Двигаться становилось все труднее, а когда сошли на пляж, стало совсем тяжело. Колеса увязали в песке, девчонка вконец измучилась, волосы растрепались и лезли ей в рот.

- Нильда, - Голен в первый раз подал голос, - Брось меня.

- Молчи! - в отчаянии прикрикнула она, толкая точку из последних сил, - Уже мало осталось.

- Брось меня, - парня трясло, он задыхался, - Зачем я тебе такой...

Его накрыло откатом от того бесчувствия, что владело им перед лицом неизбежной смерти. Отвращение к себе, к своей судьбе... Будь у Голена сейчас оружие, он бы, пожалуй, не сомневался, лишить ли себя жизни, или жить дальше. Какой смысл? Нет ему смысла жить дальше.

- Брось меня, - твердил он, видя, что девчонка надрывается.

- Замолчи!

Они, наконец, добрались, Пайкус помог втащить Голена в лодку, бедняга потерял сознание от боли. А потому путь до лагеря контрабандистов, укрытого в фиордах высокого берега, был проделан в молчании. По прибытии на место несколько мужчин помогли Нильде вытащить Голена на берег и занести в жилище ее деда Джулиуса, а Пайкус отправился обратно.

Через какое-то время Голен пришел в себя, огляделся, спросил:

- Мы у твоего деда?

- Да, но он еще не вернулся.

- Надеюсь, с ними все будет хорошо... - молодой человек в изнеможении откинулся на тюфяке.

Нильда возилась, разыскивая то, что можно будет пустить на тряпки для перевязки, когда услышала:

- Почему ты спасла меня? Почему не кого-нибудь другого...

Она отвернулась, делая вид, что сосредоточенно ищет что-то. Не смогла сказать ему, что в тот момент он просто оказался к ней ближе всех. Это было бы бездушно и слишком жестоко. В последнее время и так слишком много жестокости. Девушка давно видела, как он на нее смотрит, знала, что он любит ее без особой надежды на взаимность.