Только мне нельзя сходить с ума: сидя в психушке, работать не получится, а перестану зарабатывать – окажусь на улице. Значит, надо срочно вернуть здравый рассудок, только как? Я ущипнула себя за запястье, со всей силы, так, что едва слезы из глаз не брызнули. Не помогло. Вот разве что красавчик разжал объятья и отступил на шаг, но вряд ли причина была в этом щипке.

– Недоразумение, значит. – Лицо его дышало яростью, глаза метали молнии, будь он лет на двадцать постарше – громовержца можно было бы рисовать. – Значит, сперва умоляла, а теперь делаешь вид, что ничего не было? Недаром ты носишь имя той, кто стала причиной первородного греха. Тоже кого угодно доведешь своими лживыми увертками!

Нет, это уже чересчур! То, что родители решили назвать меня Евой, еще ни о чем не говорит! Да и вообще, у Адама своя голова на плечах была, и нечего все на жену валить! Вечно мужики думают не тем местом, а потом женщина у них крайняя!

Парень, тем временем, продолжал кипятиться:

– А может, ты решила, что обещанной суммы мало, и удастся вытянуть побольше шантажом? Лучше не пытайся. Или забыла, кто я?

– Да и не знала, вообще-то, – брякнула я. – Я тебя в первый раз вижу."

"Парень ошарашенно вытаращился на меня, кажется, потеряв на время дар речи. Прежде, чем он опомнился, каким-то шестым чувством я поняла – бежать. Делать ноги немедленно, пока он окончательно не решил, будто я издеваюсь. И я рванула, задрав юбку чуть ли не до пояса, чтобы не путалась в ногах. Едва успела выставить руку, чтобы не выбить дверь носом с разбега.

За дверью оказалась не деревенская улица, а короткий коридор, но я почему-то не удивилась. Ноги несли сами, будто знали куда. Я пробежала по нему так быстро, что гобелены на стенах слились в одно разноцветное пятно. Слетела с винтовой лестницы, несколько раз чудом не свалившись и не пересчитав копчиком ступени.

Еще коридор, в этот раз не безлюдный. Кто-то с гоготом потянулся ко мне – я увернулась, даже не замедлившись, как будто привыкла к попыткам облапать и давно умела их избегать.

Тяжелая дверь, которую я снова с разбегу распахнула собственным телом. Двор, какие-то постройки, стены. Замок? Где я? Что со мной? Почему я знаю, куда бежать?

Но размышлять обо всем этом было некогда, я неслась под свист, улюлюканье и нестройные выкрики – видимо, всем, кто оказался во дворе, было дело до перепуганной девушки. Какой-то мужик с перебитым носом выскочил передо мной чуть присев и растопырив руки – я легко поднырнула под загребущие грабли и понеслась к воротам. Ров, подъемный мост – глаза едва успевали замечать все это, в разуме билась только одна мысль – бежать. Даром что сердце колотится в горле, воздуха не хватает и колет в боку.