К тому же, куда я потом? В моей квартире живет правец. Да и попросту нет никакого желания тратить на подобное время, когда вокруг творится форменный хаос.

Рванув дверь на себя, я услышал блокфлейту. Черт наигрывал что-то минорное, но вместе с тем очень мелодичное. С души будто камень упал — минус один.

— Митя!

— Дяденька!

Он выскочил из гостиной, и мы без лишних слов обнялись. А потом Митя начал дрожать и всхлипывать. Видимо, только теперь он окончательно осознал, что произошло.

— Ну будет тебе. Все уже закончилось. Черти не плачут, а слезы от ветра.

— Мне давно так страшно не было, дяденька. Все такое черное, в крови. И сам я будто в крови увяз, а выбраться не могу. И еще голос этот. Потом я очнулся, а никого нет.

— Как это никого⁈ — похолодело у меня внутри. — А Гриша?

— Я, видимо, с определенных пор для некоторых товарищей теперь никто, — устало ответил из кухни бес."

"Я мягко отстранил Митю и последовал на голос. Выглядел Гриша плохенько, как с самого большого похмелья. Лицо серое, даже будто борода потеряла свой неизменный огненный цвет. Да еще щека расцарапана до крови.

Сидел бес перед бокалом, заполненным до краев водкой. Вот только пить не торопился. Хотя сам всегда говорил, что водку греть — лишь портить.

— Как дела? — задал самый тупой вопрос я.

— Как сажа бела. Сам же слышал, хозяин. А после зова Морока завсегда тяжело.

— Мне сравнивать не с чем, я первый раз Царя царей слышал.

— Как и Митя. Я потому его трогать не стал. Подобное нужно самому пережить.

— Гриша, а почему ты Царя царей называешь Мороком?

— Меня мать моя так еще учила. Что изредка просыпается черный бог глубоко под землей и стонет.

От голоса его многие с ума сходят. Кто ненадолго, кто насовсем. Раньше вроде как редко такое случалось, не чаще раза в двести лет. Вот только за мой век подобное уже в пятый раз. А я ведь молоденький.

Ну да, помню, бес у меня кровь с молоком, родился всего лишь в начале двадцатого века. Мужчина в самом расцвете сил.

Однако его слова напрягли. Это мы к чему идем, что зовы Царя царей будут такими же частыми, как ежегодное обращение Президента к Федеральному собранию? Не хотелось бы.

Такими темпами у нас тут чужан не останется. Я себя чуть по лбу не хлопнул. Как-то на меня голос этого самого Морока, как назвал его Гриша, очень плохо действует. Я начинаю, что называется, не по-детски тупить.

— А где Зоя с грифоном?

— Да хрен их знает, — меланхолично ответил обычно жадный до жизни бес. — Очнулись, нет никого. Там забор снесли, наверное, грифон твой. Я считаю, баба с возу, нам же легче. Не знали, как от этой страшной собаки избавиться, а вон как все обернулось.