Признайте, что связь с дочерью преступника навредит вашей карьере!

Он вдруг улыбнулся и спросил тем самым приятным тоном, который я слышала, когда инспектор удерживал меня за пятую точку:

— Интересно, почему вы не стали действовать хитростью и не попытались соблазнить меня, если догадались о моей симпатии?

— Будто бы это подействовало, — иронично фыркнула я и прищурилась: — А раз вы отказываетесь из-за боязни разрушить мою репутацию, то…

Обвила руками его шею и звучно чмокнула в губы.

Посреди площади. Торговка, открыв рот, выронила горшок с капустой, а я, продолжая обнимать инспектора, деловито спросила:

— Моя репутация только что разбилась, как тот горшок. Теперь согласитесь?

— Этого мало, — ухмыльнулся Мор и резко вжал меня в своё тело. — От неё и черепушек не должно остаться!

И, наклонившись, впился в мои губы властным поцелуем.

Митькин берег! Кажется, мне понравится наше сотрудничество.

Глава 25

Мы с Мором шли по базару, и я слышала, как люди шептались нам вслед. Слухи распространялись со скоростью лесного пожара, и каждому хотелось посмотреть на новую пассию королевского инспектора. Но стоило мужчине покоситься на такого любопытного, как тот белел лицом и старался стремительно испариться. У многих это получалось виртуозно!

Всё же этого человека боялись до нервного тика.

Я же давно перестала шарахаться от шишек, отягощённых властью и ответственностью. В своё время починила немало унитазов в домах высокопоставленных чиновников, суровых генералов и президентов компаний, чтобы понять, что по итогу все люди одинаковые.

Как Борисыч, который жаловался мне каждый раз, как в его доме лопались трубы. На жену, которая была на десять лет моложе и давно не смотрела на него, как на мужчину. На сына, который разбил уже третью машину за год и желает лишь развлекаться с девочками, не думая о будущем. На любовницу, которая пятый год грозится прийти к жене и рассказать правду о дочке…

И всегда эти стоны заканчивались одинаково:

— Поедем в Сочи, Нюр?

— Что, Борисыч, снова трубы в загородном доме лопнули? — неизменно отвечала я и всучивала ему сотую визитку с телефоном знакомого сантехника в Сочи. — Звони, всё починят.

— Золотая ты баба, Нюра, — вздыхал он и снова надевал маску уверенного в себе засранца.

Вот и граф, стоило смениться декорациям, снова превратился в высокомерного ледышку, но я чувствовала, что между нами всё изменилось. Он придерживал меня под локоть и решительно вёл к дому модистки.

— Леди упала в воду, — с порога проговорил он. — Немедленно переоденьте её.

— Да, Ваше Сиятельство, — согнулась пополам побледневшая лавочница.

Вокруг меня засуетились её помощницы, увлекли во вторую комнату, где предложили несколько платьев на выбор.