— Ты глупенькая девочка и многого не понимаешь… Тебе нечего делать здесь… Если тебе не хватает подруг, то моя Эмма готова дружить с тобой! Девочка скоро выйдет замуж за графа, и тебе будет полезно находится в ее обществе. В этом доме тебя научат дурному…

— Так, достаточно, — у меня уже не было желания терпеть это. — Вы пришли в мой дом, чтобы оскорблять меня? Убирайтесь.

— Что?! — Ханна побледнела и потрясла кулачком. — Ее сиятельство Тильда Расмуссен была права насчет вас! А мне очень жаль, что вы не оценили ту доброту, какую проявило это благородное семейство!

Меня начал распирать смех, стоило только представить, как всколыхнет общество мерзкая история с «благородным семейством» и, кашлянув, я снова сказала:

— Я попрошу вас впредь не появляться здесь, если не хотите, чтобы вас выкинула охрана.

Всего доброго, ваша милость.

Женщины секунду смотрели на меня с открытыми ртами, а потом быстро ретировались, одарив меня гневными взглядами. Я слышала их злобные перешептывания, но меня это только забавляло.

— Моника, поговори с матушкой, — я посмотрела на девушку, которая вся горела от стыда. — Вы должны найти общий язык.

Давай, беги. Мы подождем тебя.

Она кивнула и быстро пошла к дверям, а Сесиль тяжело вздохнула и медленно произнесла:

— Может по рюмочке? У меня нервы ни к черту…

Глава 34

Моника вернулась минут через десять, и я заметила, что она разгневана. Между бровями пролегла морщинка, а на щеках горели два ярких пятна.

— Дорогая, все в порядке? — осторожно спросила я, и она покачала головой.

— Нет, не в порядке. Матушка не слышит меня, будто перед ней пустое место. Она повторяет одно и то же и отмахивается от всего, что я пытаюсь ей объяснить.

— Мне очень жаль… — сказала я, но Моника сжала мою руку и твердо произнесла:

— Не стоит жалеть, я всегда знала, что все этим и закончится.

Я больше не стала приставать к ней с расспросами и нравоучениями — она взрослая девочка и точно знает, что делает. Да и как можно осуждать человека, который борется за право быть собой?"

"Возле магазина уже собрались люди, и как только мы открыли двери, он наполнился детскими голосами и смехом. Швеи работали и, поднявшись к ним, я восхищенно ахнула — несколько маскарадных костюмчиков уже были готовы.

Это были наряды Принцессы, Пирата и Снежинки. Я похвалила швей и отнесла костюмы вниз, чтобы посмотреть на реакцию покупателей. Они не провисели и получаса. Принцессу купила жена башмачника, Снежинку — булочница, а Пирата забрал мясник.

День Святого Мартина приближался, и мне бы хотелось заниматься праздничными приготовлениями, но пока не решилась проблема с Тильдой, я не могла думать ни о чем другом.

Мы с подругами подготовили подарки деревенским детям, разложили их в разноцветные мешочки и спрятали в кладовку.