Перемены блюд следовали одна за другой, амфоры пустели, и благородные гости все больше и больше расслаблялись, постепенно забывая и о манерах, и об осторожности. А чего стесняться, если все свои. Считай, родственники. А младший варвар… Он такой юный, милый, вежливый: не грубит, не спорит, улыбается…"

"О приличиях гости тоже подзабыли. Вот уже один благородный господин разглагольствует, размахивая заячьей ножкой, жир с которой летит во все стороны, а другой щурится и сопит, больно тиская задницу девки-музыкантши, которая с напряженной улыбкой продолжает побрякивать струнами.

[1] Перец в те времена был весьма недешев.

Глава 18

Глава восемнадцатая. Юлия Синадина

— Почему ты за столом с оружием, Сергий?

Сосед Сергея освободил место: отошел то ли отлить, то ли поблевать, и столичная красавица тотчас заняла вакантный стул.

Кружева, жемчуга, волосы искусно завиты и уложены в подобие башни, приличия ради прикрытой прозрачным шелковым платком. Запах дорогого парфюма. Явно благородная дама. Патрикия. Как, собственно, и сам хозяин особняка.

— Жаль, что ты в одежде, прекрасная нимфа! Твоя красота разила бы беспощаднее клинка!

Сергей был в том состоянии, которое называется «выпимши». Отличное настроение, острый ум (как полагает его обладатель), искрометный юмор.

— А в одежде я некрасива? — Красавица облизнула губки.

— Ты в этих чудных одеждах будто клинок в ножнах. Великолепнейший из клинков! — Сергей отсалютовал кубком. — А клинок в ножнах — разве это не есть величайший из даров Господа?

Очень двусмысленный комплимент. Но патрикии понравилось. Заулыбалась.

— Я Юлия. Юлия Синадина.

Пальчики, унизанные перстнями, мимолетно, но многообещающе коснулись щеки Сергея.

— Моя родная сестра, друг Сергий! — Николай возник рядом. — Тебе нравится? — И жест, который равно можно было отнести и к сестре, и к шестигранному кубку с вином.

— Пожалуй. Похоже на… родосское?

Но смотрел Сергей при этом не на кубок, а на Юлию. Он был совсем не против развития отношений.

— Родосское и есть, — подтвердил Николай. — Это ее вино, — кивок на сестру. — Наш отец завещал ей тамошние виноградники, и она иногда дарит мне немного этого нектара.

— Немного, потому что большую часть потребляет мой муж, — в нежном голоске патрикии появились гневные нотки. — Иногда мне кажется, что он и женился на мне только из-за моих виноградников!

— Они — не главное твое приданое, — заметил Пиперат.

— Главное, безусловно, красота! — подхватил Сергей. — И судя по тому, что его здесь нет, твой муж — человек, склонный к риску, — он улыбнулся.

— Ты проницателен! (Юлия).

— Почему так решил? (Ее брат).

— Пренебрегать вниманием такой красавицы — риск ее потерять, — Сергей пригубил вино, глядя в глаза Юлии поверх кубка.