И волосы после него расчесать — легче легкого.

— Это потому что их тебе девки в четыре руки разбирают и гребни маслом умащают, как раз для этого дела и предназначенным, — заметил Сергей. — А мыло такое у тебя будет. И масло тоже. Оно, кстати, и от лишней живности в гриве помогает.

— Ци-ви-ли-за-ция, — по складам проговорил Рёрех на латыни, жмурясь от удовольствия. — Государство…

Сергей улыбнулся. Его тоже расчесывали в четыре руки, и это было приятно. И названого брата он понимал. Длинные чистые волосы — это своего рода знак благородного человека. Или воина. Не зря что франкская, что нурманская аристократия носит гриву до плеч. И гейс «не мыться и не причесываться» у их ярлов-конунгов считается более суровым, чем даже гейс отказа от алкогольных напитков. Потому что стоит ненадолго забыть о гигиене, и в твоей прическе немедленно зародится самостоятельная жизнь. Хотя сие — тоже дело привычки и обычаев. Сергей неоднократно слышал, что вши в бороде — к богатству. И никого не смущало, что, будь это правдой, самыми богатыми были бы нищие.

Таверна — она везде таверна. Как бы ее ни называли. Трактир, кабак, корчма, траттория, просто дом у дороги. Место, где можно пожрать, выпить сомнительного или не очень винца, переночевать, если что, попользовать шлюху, если имеется желание и нет брезгливости. Хотя есть варианты. Например, в деревне кабак может стать чем-то вроде клуба для деревенских, а в городе — для завсегдатаев или друзей по интересам, вроде того, в котором варяги с варангами недавно накостыляли прасинам. И устройство таверны тоже примерно одинаковое. Функциональное. Столы, стулья-скамьи, кухня, крыша или, как сейчас, по летнему времени, просто навес. Различается только интерьер, где-то получше, где-то поскромнее, внешность и достаток посетителей тоже, и, разумеется, качество подаваемых блюд и напитков."

"Те, у кого имеются глаза, обоняние и кое-какой опыт, всегда могут прикинуть, что их ждет. Другое дело, что классическая таверна типа «у дороги» может быть одна на полсотни римских миль, и тогда нюхай не нюхай, но выбор невелик. Или входи, или живи дальше мокрым и голодным. Последнее, кстати, тоже может оказаться правильным выбором, поскольку живой и голодный лучше, чем сытый и мертвый.

В столице Второго Рима выбор был. На все вкусы, кошельки и даже политические предпочтения. Эта была едальня — из лучших. По всем вышеперечисленными позициям. Что понятно, поскольку располагалась она в богатом районе близ церкви Святых Апостолов непосредственно на столичной главной улице, именуемой Меса. Ее хозяин, мгновенно угадав в Рёрехе, Машеге и Сергее богатых варваров, увивался вокруг их стола, словно муха над куском говядины. Любой каприз, только пожелайте.

Сергей и пожелал.