От воров охраняла, еду добывала, вещи пропавшие находила, прямо золото, а не собака. Одна только беда - старая была, и как срок ей пришёл - померла. И схоронил её хозяин в дальнем углу кладбища, потому что был уверен - есть у неё живая душа, и хорошо ей будет в освященной земле. Да только люди-то вокруг злые и завистливые, они и нажаловались епископу - мол, последний ум потерял, хоронит собаку в освящённой земле! Велел епископ Фуши тому священнику явиться к нему. Тот понял, в чём дело, да и задумался - как ему быть-то теперь? Решил, что погорячился он с собакой, взял лопату и пошёл её обратно выкапывать.

Раз лопатой в землю, а там будто лежит что-то.

Наклонился посмотреть - и нашёл увесистый кошель с золотом. Взял священник то золото, треть отложил на нужды прихода, треть взял себе, потому что у дома его крыша давно протекала, а треть взял с собой, когда сел на своего осла и отправился к епископу. Тот принялся его ругать, на чём свет стоит, а священник и говорит - всё так, ваше преосвященство, грешен я, и собака моя - тоже, да вот только она оставила завещание, и по нему вам полагаются эти полсотни золотых - и выложил кошель на стол.

Наш Фуши так обрадовался, увидев золото, что тут же позабыл, зачем звал к себе того беднягу, и отпустил его восвояси, решив, что такая собака достойна лежать в освященной земле. Сам слышал сегодня эту историю своими ушами, вот тебе крест! - и Орельен истово перекрестился.

- Мне крест, а тебе шах, - усмехнулся Жан-Филипп.

Анри тоже посмеялся и выскользнул из гостиной.

К счастью, Жакетта встретилась ему в коридоре, с подносом.

- Как чувствует себя госпожа Анжелика?

- Ещё слаба, монсеньор, - вздохнула девчонка.

- Спала, проснулась, я уговорила её немного поесть. И полечила магией.

- Я навещу её. Принеси нам вина, - и кивнул, отпуская её идти дальше.

- Да, монсеньор, - Жакетта поклонилась и шустро убежала.

А Анри направился в спальню Анжелики. Постучался - тихо. Открыл дверь, вошёл.

Видимо, пару неярких магических шаров над кроватью засветила Жакетта. Это совсем несложно, но для такого действия нужны и силы, и умения, а у Анжелики пока их нет.

Девица сидела, опершись на подушки, в руках у неё был таинственный оживлённый Орельеном артефакт, она водила по нему пальцем.

Короткие волосы не спадали на плечи волнами, а торчали во все стороны, но было в этом что-то... милое, вдруг с удивлением понял Анри. Изящные плечи и ключицы в обрамлении тонкого кружева были видны из выреза сорочки.

- Добрый вечер, госпожа Анжелика, - Анри поклонился, снял шляпу, положил её на сундук, сел в подставленное к кровати кресло.

- Добрый вечер, - она подняла на него свои невероятные зелёные глаза, но артефакта из рук не выпустила.