Будь его воля, он ни за что не пригласил бы к себе епископа Фуши. Потому что очень не любил его, ни как священнослужителя, ни как человека. Этот пастырь господень был известным скрягой, обжорой и сластолюбцем, раздавал отпущения грехов по сходной цене и утверждал, что раз папа в Авиньоне может выписывать индульгенции, то он,

Гаспар Фуши, чем хуже? Его паства стонала и временами жаловалась, но пойди

пожалуйся на епископа, тебе же хуже будет. Папа, по слухам, был доволен десятиной, которую тот исправно посылал в Авиньон, а его величество... то есть, её величество королева-мать - довольна поступающими с его земель налогами. Вот и нет никаких вопросов к его преосвященству, пусть живёт, как может, и как совесть позволяет.

В Лимей он заявился самолично, привлечённый слухами о близящейся свадьбе. Как же, погулять за чужой счёт - в этом он весь. И оказался его преосвященство, что называется, старшим по званию, куда там до него их замковому священнику отцу Полю! Правда, Анри вежливо известил гостя, что свадьба откладывается ввиду болезни невесты. О нет, дожидаться не нужно. Да, гостей пригласили в том числе и на свадебное торжество, но тут, понимаете ли, преступление, есть подозрения, что госпожу де Безье отравили.

Прослышав про отравление, епископ отбыл восвояси едва ли не прямо из-за праздничного стола. Сразу после, уж поесть-то он не дурак, а повара сегодня расстарались. Вообще, кормить всю эту ораву родни - невеликое удовольствие. Но большая часть гостей, узнав про отложенную свадьбу, возрадовалась - это ж их будут потчевать и развлекать в Лимее два месяца! Пришлось запустить разные потайные механизмы. У кого-то вдруг случилось несварение. У кого-то в камине ночью призрак выл - как, вы не слышали про призрака Лимейского замка, которому подчинена сеть каминов? Уберечься невозможно, уверяю вас. У кого-то по спальне ночью мыши бегали - если гость дама, то тоже работает."

"А лучше всего сработало известие о том, что прибывает дознаватель его величества -разбираться в таинственной болезни. Этот человек был известен своей придирчивостью и въедливостью, говорили также о его необыкновенной проницательности и умении докопаться до истины в любом, самом запутанном случае. Более того, этот человек имел сан - и год назад был назначен коадьютором в епископство Льена, официально - в помощь престарелому епископу Аделарду, а фактически - чтобы упрочить положение его самого в церковной иерархии. Кроме прочего, он был магом, но об этом уже знали далеко не все. Единственным недостатком блестящего прелата называли молодость - ему ещё не исполнилось и тридцати, но этот недостаток, как известно, проходит со временем сам собой.