— Глеб, — представляюсь.

— София, — женщина тянет мне руку. Пожимаю хрупкую ладонь. Если бы не знал Раду, запал бы на эту женщину. С тёщей мне повезло.

Хотя, это я размечтался, сейчас мне надают по морде за дочь и прикажут к ней не приближаться.

— Очень приятно.

— Присаживайтесь, Глеб, — рассматривает меня внимательно. Сажусь напротив. К нам тут же подходит официант, подавая меню.

— Мне только кофе. Американо.

Женщина пьет вино и закусывает сыром с медом и грушей. Ее бокал почти пустой.

— И повторите вино даме, — распоряжаюсь я. Официант уходит, а София усмехается.

— Ммм, взрослый, хорошо сложен, по-мужски привлекательный и внимательный мужчина. Неудивительно, что моя дочь влюбилась.

— Думаете, она еще любит?

— Думаю, да.

Это хорошо. Это очень хорошо. Становится спокойнее. Это шанс.

— Вам известны детали наших отношений?

— Да, Рада ничего от меня не скрывает. Осуждаю. С удовольствием отхлестала бы вас по щекам за мою девочку.

— Не вижу препятствий. Мое лицо в вашем распоряжении. Заслужил, — грустно улыбаюсь.

София усмехается, принимая от официанта еще вина.

— Мерзавец. Вот, чем вы взяли Раду.

— Я взял, да…— выдыхаю, прикрывая глаза.

— Скажите мне, Глеб. Вы любите ее?

— Да.

— Настолько, что готовы быть ей надёжной опорой, плечом, забрать себе, обеспечивать и рвать за нее? Учтите, что помощи от ее отца никакой не будет. Вы готовы дать ей то, в чем она нуждается?

— Помощь от ее отца не приму, даже если он предложит. Я в состоянии обеспечить свою женщину сам. Я не то что рвать, я сдохнуть за нее готов. Только пусть она прикажет, — заглядываю женщине в глаза, показывая серьёзность.

— Надеюсь, вы все это говорите не чтобы произвести впечатление. И ваше мужское слово что-то, да значит.

— Значит, — прикрываю глаза, сглатывая.

— Сдыхать, как вы выразились, не спешите, вам еще ребенка на ноги поднимать.

— Не понял. Вы про Раду? Я дам ей все и даже больше.

— Это само собой, Глеб, но, кроме Рады, у вас теперь есть ребенок. Моя дочь беременна.

— Что? — свожу брови, не совсем понимая. Нет, внутри меня уже происходит взрыв, тело окатывает жаром и каким-то ненормальным триумфом, но в голове еще не укладывается.

— Я надеюсь, что в данный момент вы просто растерялись, а не ошарашены нежелательной новостью. Рада беременна от вас. Ей сейчас очень тяжело. Она вас любит, но в силу возраста и максимализма истерзает себя. Поверьте, если бы она в вас не нуждалась, мы бы не встретились. Но я желаю своей дочери счастья.

— М… — усмехаюсь, потирая лицо. Слов нет, я ошарашен — да. Эта новость — как ушат ледяной воды. Но, черт побери, я рад, что так вышло. Я безумно, незаслуженно рад. Это моя девочка и мой ребенок. И да, сдыхать теперь нельзя. Никак нельзя. — Мне нужно ее увидеть. Нет, мне нужно ее забрать.

— Какой вы резвый.