Так что, возможно, мой братик был несколько жесток, безжалостно кидая презрительные грязные слова в адрес моих одноклассниц. Но для меня в тот момент мой братик сделал очень много.

Потому что я почувствовала себя выше всех этих красивых девочек, вместе взятых; я осознала по-настоящему, что я есть принцесса и одного моего слова достаточно, чтобы изменить их судьбу раз и навсегда."

"Наверное, в тот момент я почувствовала, что такое власть. Власть положения в обществе. И власть красивого парня с сильным даром над надменными девчонками. Ведь они всё равно смотрели на Любомира как… ну, если опять же обращаться к выражениям нашей прабабули, то мои одноклассницы смотрели на моего брата точно сучки в течке. Звучит грубовато, но иначе и не скажешь.

С того дня мои одноклассницы начали проявлять ко мне дружелюбие и почтительность в огромных дозах. Ко мне подходили, меня звали во все игры, со мной пытались делиться секретами. За право сидеть около меня на уроках высокородные леди только что не дрались.

И это было ещё хуже, нежели полное игнорирование моей персоны до этого. «Да уж, дабы её брат кинул на них полвзгляда, они готовы выпрыгнуть из своих платьев», – говорили между собой об этих внезапных проявлениях дружбы мои одноклассники, юные лорды. Они были абсолютно правы.

Всё это было очень и очень противно. Меня тошнило от этих девочек и от их липовой дружбы. Хотя, конечно, понять их было легко. Они изо всех сил старались подружиться со мной, дабы через меня восстановить статусы своих семей.

Могу себе представить, как «благодарны» им были их старшие сёстры, оказавшиеся вдруг непринимаемыми при дворе. И ещё, уверена, каждая из них мечтала о Любомире…

Да, а мой доселе более-менее дружный класс после того случая быть таковым перестал. Если до этого девочки и мальчики весело общались между собой, не замечая лишь одну меня, то теперь ни о какой дружбе между ними речи не было.

Юные лорды стали смотреть на девочек таким же взглядом, какой был у Любомира. Вернее, они стали стараться копировать взгляд Любомира. И хихикали между собой о чём-то, глядя на одноклассниц. И, уверена, отпускали пошлые шуточки на их счёт, когда меня не было поблизости.

Ведь я была самая настоящая принцесса, и пошлостям рядом со мной было не место. А, может, юные лорды просто боялись за положение в обществе уже своих семей…

Так или иначе, но к концу моего обучения в императорской школе весь мой класс стал вести себя со мной так, как и положено разумным подданным вести себя с членом императорской семьи, с принцессой крови.

Но мне они все были глубоко неприятны, я не хотела и не общалась ни с одним из них. Потому что я не забыла ни одного презрительного взгляда в свою сторону. Я ненавидела их всех.