– Нет, но от него зависит благополучие нашей семьи.

Дядя Билл достал свой новенький планшет. В то время, они еще не были так распространены, как сейчас. Я впервые видела картинку на таком устройстве, как в телевизоре. Билл показал мне фотографии и видео горного ущелья, в котором за высоким забором, был спрятан причудливый дворец, выдержанный в желтых тонах. Рядом струилась быстрая речка.

– В такой реке хорошо смывается негатив, накопившейся в твоем мозгу, – сказал Билл.

Он велел мне проделать для него акт оральных ласк, после чего назначил дату поездки.

Билл пообещал, что эта поездка окажется более интересной и запоминающейся, по сравнению с путешествиями к реке Белой и на Ниагарский водопад, куда возил меня отчим.

Я не удивилась и не обрадовалась. Скорее, у меня возникли опасения, что Билл задумал использовать меня в сексуальном плане. Он имел контроль над моей личностью и уже доставлял меня для удовлетворения педофильских запросов Абрамяна.

Я все же спросила опять: там точно не будет дяди Джорджа? Билл улыбнулся и сказал, что я ничего не должна бояться. А для воспитания во мне силы воли, он отведет меня ночью на кладбище.

Поздним вечером Билл зашел за мной в сопровождении Криса, своего приятеля, работавшего в нашей школе охранником. Они велели выпить какой-то напиток и взяли меня с собой ""на экскурсию"" по кладбищу.

Крис вел нас между надгробий, освещая дорогу фонариком, пока мы не наткнулись на спавшего на земле бездомного пса. Он проснулся, завилял хвостом, приветствуя людей.

Дядя Билл приказал мне поцеловать собаку в морду. Пес вдруг поджал хвост и убежал. Приятели захохотали.

– Что же ты так не понравилась собаке? – спросил веселый Крис. – Она даже не помахала тебе хвостом на прощанье!

Пьяный Билл попытался внушить Крису мысль о сексе со мной. Он рассказал о своем педофильском опыте. Крис ответил, что у него еще не было секса с подростками. Но на кладбище, он сексом заниматься не будет.

Оба приятеля были возбуждены от алкоголя и предвкушения. Крис вывел нас за ограду кладбища и привел к небольшому дачному домику.

– Это моя летняя резиденция, – сообщил он.

Дом казался заброшенным. Здесь не было даже света.

Крис зажег свечи. Меня, в шоковом состоянии, уложили на стол и поочередно подвергли изнасилованию."

"Утром следующего дня, я проснулась на диване Криса, со смутным воспоминанием о каком-то ""ночном кошмаре"". Когда я встала, то потеряла сознание из-за кровотечения из влагалища. Мужчин не было, но Крис вскоре пришел. Он помог мне собраться и проводил домой, в комнатку при общежитии. Я находилась в неустойчивом психическом состоянии и плохо помнила, что случилось со мной накануне.