Странное имя, означающее вечный спутник Земли Луну. Они хотели забрать механическую куклу. А может, им нужно было от старого мага что-то еще? О каком другом мальчике шла речь? Все это слишком запутанно и непонятно. У людей, посвятивших свою жизнь оккультным наукам, всяческим мистическим экзерсисам и тайным каббалистическим знаниям, свои законы и свой путь в этом мире. Из него нет выхода, за вошедшим туда дверь захлопывается. И непосвященному трудно разобраться в его сути. Владислав, как и сама Снежана, тоже ощущал какое-то напряженное атмосферное давление вокруг них, хаотическое движение атомов, будто бы ускоренное приближением незримой бури.

Все это относилось к области внутреннего чутья, интуиция и лежало за пределами разума. Как зверь нутром чует приближение охотника, так и Драгуров чувствовал, что затишье обманчиво, оно усыпляет, но готовое внезапно взорваться и изменить ровное течение жизни. Что должно было произойти? Об этом он не только не мог знать, но даже не догадывался.

- Это я перемешала все на столе, прости, - сказала Снежана, и Владислав немного успокоился - можно было хотя бы не опасаться за свой разум.

- Когда эти звуки на тебя так подействовали, я испугалась. Эта лютня... Сама игрушка стала вызывать у меня отвращение. И страх. Честно говоря, я хотела от неё избавиться. Выбросить. Даже если бы кто-нибудь и подобрал разрозненные части, он вряд ли смог бы их собрать воедино. Наверное, сейчас это способен сделать только ты. Других, тех, кто знает, как она работает, нет. Дед умер, а мне это не под силу.

- Остается ещё Селена, и тот, второй, - напомнил Драгуров.

- Эти двое не в счет, - ответила Снежана. - Почему-то мне кажется, что они всего лишь исполнители и вряд ли разбираются в том, что представляет собой этот металлический мальчик.

- Что же нам с ним делать? - Владислав вдруг поймал себя на мысли, что говорит так, словно они обсуждают будущее их сына.

- Не знаю. - Снежана пожала плечами. - Это решать тебе. Все теперь зависит только от тебя.

- Хорошо. Я закончу работу. Вновь верну его... к жизни. - Сказав так, Владислав опять ощутил внутреннее беспокойство. Нет, не надо было произносить слово ""жизнь"", подумал он, это кощунственно и лишено смысла.

Мы сами, все люди, одушевляем материальные предметы, не понимая того, что воплощаются не только идеи и мысли, брошенные в гневе или в любовном запале слова, но и самые тайные желания. Мир населяют призраки, нереализованные проекты и замыслы, фантомы из написанных книг, персонажи фильмов и сошедшие с полотен художника портреты, карикатуры и зыбкие очертания фигур и лиц прошлого. Все это великое множество населяет землю и витает в воздухе, пытаясь влиять на живую жизнь, отвечая на призывы колдунов и магов.