Ноги примерзли к полу, сердце забыло, что надо биться, а мозги напрочь отказывались верить в то, что видели глаза. Наверное, я должен был обрадоваться тому, что младший брат жив, но вместо этого ощутил липкий иррациональный ужас. Будто увидел мертвеца. Хотя так оно и было на самом деле.

Мы его похоронили. Почти год назад. И вот он здесь, стоит перед нами определенно живой и в отличном расположении духа.

Этого не может быть. Сейчас я или сплю и вижу кошмар, или напился где-то до потери пульса и мечусь в пьяном бреду. Меня устраивает любое из этих объяснений.

— А, вот и мои дорогие братья пожаловали, — он развел руки в приветственном жесте. В одной из них угрожающе поблескивала пушка, — как же я по вам скучал!

— Кир…

Голос перехватило. Сколько ни пытался, не мог ничего сказать, только воздух ртом хватал. Да как так-то? Я не понимаю…

— Ты…живой? — хрипло спросил Демид, пребывая в не меньшем шоке, чем я.

— Пфф, а что со мной станет-то? — Мелкий явно потешался над нашим замешательством, — отдохнул, загорел. Сами видите.

Он действительно выглядел, как человек, долгое время живущий в солнечной стране. И без того светлые волосы выгорели почти до белого, а голубые глаза ярко выделялись на фоне смуглого лица.

— Не хочешь объяснить какого хрена происходит?

— Ну так я, собственно говоря, за этим и приехал. А еще, вот, Вероничку решил навестить. Соскучился, вон как она обрадовалась. Аж до слез. — с этими словами он присел рядом с ней, — Что-то ты совсем отощала, милая. И так подержаться не за что было, а сейчас вообще, как тень стала.

Когда его рука бесцеремонно легла на голую коленку и начала медленно подниматься наверх, ныряя под подол, у меня в душе взметнулось бешенство.

— Убери от нее лапы.

— А что? Имею полное право. Как-никак жена моя законная. Да, дорогая? Соскучилась поди по папке?

Он поднялся и ухватил ее за подбородок, вынуждая смотреть на себя. Она замычала, замотала головой, пытаясь освободиться, а я на автомате ринулся к ним.

— Не-а, — Кирилл тут же направил на меня ствол, а Демид вцепился сзади, останавливая от необдуманного поступка.

— Стой, дурак! — прошипел, оттаскивая меня назад.

— Вот, Арт, слушай брата. Он плохого не посоветует. Демид у нас самый умный, да? Всегда знает кому и что лучше делать?

— Что за игры, Кирилл?!

— Понравилось? — ухмылялся он.

— Мы похоронили тебя, сукин ты сын! Год оплакивали! А ты оказывается жив. И творишь не пойми что!

— Ну, во-первых, похоронили вы не меня, а какого-то бедолагу из-под моста. Мне его Эд поймал и привез к нужному месту, в нужное время. И пока Вероника там по грязи ползала, да стонала, мы его подменили, а потом горело так, что хрен чего в останках разберешь. Головешка и головешка.