Шен все смотрел, и напряжение лишь возрастало, а затем взорвалось вместе со звонким смехом, вырвавшимся из груди проклятого старейшины. Его веселость казалась такой заразительно-искренней, что, глядя на него, Ер и сам против воли искривил губы в глупой улыбочке.

Шен вытер выступившие на глазах слезы и, успокаиваясь, глубоко вздохнул.

— Что смешного? — не выдержал Ер.

Шен еще раз хохотнул после этого вопроса, а затем покачал головой и произнес:

— Ничего. Абсолютно ничего.

Ер поджал губы и уточнил:

— Так ты меня помнишь? Я еще у тебя спросил, куда нужно выбрасывать мусор.

Шен снова покачал головой.

— И я тебе ответил? Я не помню.

— У тебя с памятью проблемы?! — возмутился Ер.

— Проблемы? — Шен, показалось, искренне задумался. — Может быть? Случайные люди быстро стираются из моей памяти.

Ер больше ничего не сказал, но выглядел уязвленным. Он ожидал, что Шен начнет расспрашивать подробности о его внешности, чтобы попытаться вспомнить, но тот продолжал молчать, и мысль, что Шену даже не очень-то и интересно, уязвляла как-то по-особенному.

— То, что я стал читать твою новеллу, тоже не было случайностью? — вдруг спросил Шен.

— Разве что поначалу. Может, ты стал читать ее, поэтому Админ и предложил сотрудничество именно мне. Заметил же, что после начальных глав повествование скакнуло и появилось гораздо больше персонажей.

— Повезло же мне наткнуться на новеллу такого «талантливого» автора, — произнес Шен в том числе чтобы поддеть Ера. — Почему ты не мог просто работать? Зачем полез во все это и согласился воспользоваться бесчестными методами Админа?

— Чтобы твой талант оценили по достоинству, нужно, по крайней мере, чтобы читатели сперва заметили твое произведение.

Но как, если оно тонет на платформе под сотнями популярных работ? Это все равно, как если бы ты писал в стол: никто не видит твоих трудов, ты — призрачный автор.

— Это твое оправдание? Тебе вообще хотя бы за что-то бывает совестно? Ты ведь, по сути, согласился быть соучастником в моем убийстве, разве не так?

— Я просто делал, что мне говорят. Я не в ответе за намеренья Админа. И я давно выбросил такое бесполезное понятие, как «совесть». Что, мои действия нанесли вред твоей жизни? Ничего личного, я просто пытался выжить сам и жить лучше, используя все возможности.

— Какая… удобная позиция. Да этот мир тебе идеально подходит. — Шен наклонился близко к лицу Ера и с любознательным интересом заглянул в его глаза. — Неужели, ты никогда не сопереживаешь другим людям?

Ер отвел глаза, насколько позволяла неудобная поза, и буркнул:

— Сопереживание? Это невыгодно.

Как Ер ни пытался отвести взгляд, Шен продолжал нависать над ним и рассматривать его глаза.