Мы – одиночные хищники, не терпим компании, не живем парами. Живем в Чащах возле города – это заповедная зона. Люди не суются, а если суются – не помнят. Единственный инстинкт помимо голода – неприязнь к оборотням. Став главой, я заключил мир, мы с Ленни провели границу. Он следит за порядком на своей стороне, я – на своей.

– Кто такой Ленни?

– Муж Мэл, глава стаи.

– Если вы не терпите близко друг друга, зачем тогда клан?

– Чтобы выжить, защищаться от стай оборотней.

– Иначе говоря, сам установил порядок, сам за ним и следи? – подытожила я. – Хорошо устроились клановцы.

Мне захотелось настучать по голове щипцами не только Косичке, но и всем остальным.

– А зачем Арон соврал?

– Ему нужно мое место.

– А он сам не мог совершить все эти убийства?

– Мог.

Я подивилась тому спокойствию, с которым Бес произнес это единственное слово.

– То есть ты с самого начала это учитывал?

Рик повернулся ко мне и насмешливо поднял брови. Я прочла в серо-желтых глазах ответ.

– Бог мой! Чувствую себя пятилеткой, пристающей к тридцатилетнему дяденьке-омоновцу.

Он молчал, уголки губ едва подрагивали. Я застонала и уткнулась макушкой в его теплый бок. Не выдержала, просунула руки, обняла за талию, макушку поменяла на правую щеку. Рик не возражал, что радовало.

– А куда мы теперь?

– Туда, где нашли девушку.

– Когда Гриша ночью тупил, ты ушел по следу. Что там было?

Я ощутила, как напряглись мышцы под моими руками.

– Ничего, – наконец процедил мой злодей.

Догадка пришла сама собой – мозг просто сопоставил факты.

– Кларк позвонил, верно?

Он молчал. Я отстранилась и вгляделась в его лицо.

– Гриша сказал, что ты разнес квартиру.

Черты Рика окаменели. Я поняла. Поняла несколько важных вещей сразу. Во-первых, я ему нужна, не знаю зачем, но он привязан ко мне. Он вернулся, наплевав на убийцу, нашел след Гриши, в квартире меня не оказалось, а приступы его ярости я уже видела. Второе, мой панк не желал признавать этого факта, по крайней мере, он не желал, чтобы я знала и уж тем более о чем-нибудь таком догадывалась. Почему? Я быстро соображала, как иначе вывернуть свои же слова.

– Это ведь связано с тем, что ты не хочешь дать ему встречаться с какой-либо женщиной. – Я надеялась, что мой голос звучит искренне. – Ты говорил тогда в квартире в первую ночь. А почему?

Почти физически ощутила, как он расслабился и промолчал. Ладно. Главное, поверил.

Мы подъехали и остановились возле вывески «У Барни». Я усмехнулась и выскочила из машины.

– Это ж бар, где мы с Гришаней познакомились.

Рик обогнул здание и зашел в проулок между домами. Ничего, кроме мусорных баков и черных ходов ночных заведений, тут не было, если не считать бурого пятна на асфальте.

«Кровь», – догадалась я. Бес обогнул крохотную территорию по периметру.