— Понял, еду.

Юрий начал одеваться. Жена зажгла свет, села на постели:

— Очередная шлюха?

— Ты что, с ума съехала?

— Да нет, — жена встала."

"Она спала голая и демонстрировала ему свою прекрасную фигуру, с тонкой талией, плоским животом, чуть тяжелыми бедрами и твердой, словно мраморной, грудью.

«Красивая баба», — подумал Ельцов, завязывая галстук.

— И когда тебя ждать? — усмехнулась жена.

— Я скоро. Мне должны передать важный материал.

— Прямо как в американском кино. Журналист встречается ночью с таинственным источником информации.

— Перестань, Лена.

— А мне, собственно, наплевать на все это. Хочешь — можешь вообще переехать к любой своей поблядушке.

Они были женаты уже два года, но за последнее время их отношения стали катастрофически разрушаться. И не потому, что были очень разными людьми. Наоборот, у них оказалось слишком много общего.

Видимо, таким, как они, надо было остаться любовниками. Страстными и веселыми. Совместная жизнь тяготила их. И более того, именно за эти два года Ельцов начал замечать за собой поступки, ранее ему не свойственные.

Они прекрасно чувствовали себя на людях. В ресторанах, на премьерах, в многочисленных московских «салонах». Очень часто принимали у себя дома.

Ельцов зарабатывал хорошо. Кроме того, за год в Мозамбике он получил весьма приличную сумму в чеках. Все это делало их жизнь праздной и веселой. Ленин папа, замминистра Внешторга, не забывал ни дочери, ни зятя. Лена постоянно моталась за границу с правительственными делегациями, а Юре удалось с помощью тестя дважды побывать в Париже и один раз на кинорынке в Каннах.

Все у них было. Две машины. «Волга» у него и «жигули» у Лены. Хорошая трехкомнатная квартира, которая досталась ему после смерти родителей. Дача тестя в Жуковке. Жили они элитарной московской жизнью, и компания у них была соответствующая положению.

Юрий много и хорошо печатался, делал сценарии документальных фильмов, выпустил пару книг своих очерков. Имя его было на слуху. В газете у него нашелся свой читатель. С ним вели переговоры разные издания, предлагали переход на более престижную работу. Но Юрия пока устраивала его газета, с огромным тиражом и хорошим коллективом. И должность устраивала — обозреватель. Она имела вес и всякие номенклатурные припарки. Четвертое медицинское управление, разгонную машину и даже так называемую кормушку. Правда, усеченную, не полную, но все равно это ставило его в разряд людей власти.

Надо сказать сразу, Юрий Ельцов получил все это сам, без помощи сановного тестя, еще до женитьбы на Лене. Получил, видимо, в качестве награды за то, что однажды ему позвонили по телефону и попросили приехать для разговора в маленький особнячок в Потаповском переулке.