И даже не считая Агата, видимо, с перепугу начинает хлестать ремнём, а за ней и Алеся пытается запрыгнуть на него и прижать подушкой.

Быстро выбравшись, смотрю на это всё и еле сдерживаю смех.

- Ай! Ой! Эльф, немедленно скажи этим психованным, чтоб успокоились.

Так тебе и надо, что не предупредил-то.

- Васька, зову вахтёршу, пусть охрану вызывает или ментов! — орёт уже Алеся. И здесь я понимаю, что пора заканчивать. Иначе вся общага сбежится.

- СТОП! Девочки, это и есть Артём! — пытаюсь достучаться до них и забрать у Агаты ремень.

- А, да?

Хлопают глазами девчонки и прекращают своё нападение.

- Бешеные. — шипит Артём и встаёт, поправляя одежду. Похоже, он с работы, так как был в брюках и белой рубашке. Мне на глаза попадаются следы от ремня на его руке, и становиться стыдно и жаль его.

- Прости, — говорю я сочувствием,— Меня девочки просто от незнакомого мужика защищали.

- Какой он высокий, — пищит и прижимает к себе ремень Агата.

Власов тут же обращает внимание на неё и хмурится. Эй, чудовище, ну не глазей ты так, у бедной девочки сердечко остановится так.

- Ты что здесь делаешь вообще? — задаю вопрос, чтоб отвлечь.

- И как забрался на третий этаж? — спрашивает уже Алеся, выглядывая в окно.

- Соскучился по своему Эльфу. Я тебя три дня не видел. И уже не мог. Тосковал страшно. — подхватывает меня на руки и зарывается лицом в район ключицы. Кажется, стал обнюхивать, как животное. И такой облегчённый выдох в конце. Кажется, чудовище теперь успокоилось.

- Но мы ведь с тобой созванивались и переписывались всё время. — обнимаю его в ответ. Я тоже соскучилась.

- Мне мало. Ну и я хочу ещё обнять свою девочку, не могу уже без этого. Без твоего запаха и смеха. А какая ты мягкая, когда сонная... — мурчит мне всё это в шею.

За время зимних каникул мы почти не расставались, и я успела привыкнуть к нему настолько, что звонков так же, как и ему, было мало.

- Эй, ты там не увлекайся, мы, вообще-то, здесь. - Смеётся Алеся и ставит чайник.

- Не шипи, ёжик, я здесь пытаюсь надышаться своей девочкой. — отвечает ей таким же бурчанием.

- Тут еще самый невинный Бэмби живёт. Хоть её бы постеснялся, — указывает на Агату, которая уже мечтательно сидит напротив и умиляется с нашей пары.

- Вы такие милые и так красиво смотритесь. Прости меня за ремень, — виновато дует губы, — И можно я ваше фото сделаю? — тут же загораются её глаза. Любимое занятие Агаты. И у неё получается очень хорошо.

- Можно, — снисходительно даёт согласие мой кошмар, — Но фотки скинешь.

- Хорошо, — согласно и радостно кивает тот самый невинный оленёнок.

С того дня девочки стали привыкать к выходкам Власова и даже стали уходить пораньше, чтоб дать нам побыть вдвоём.