Они направились туда и уже во дворе почувствовали знакомый запах тлена. На табличке под звонком значилось «Эвансы». Джимми кивнул – тут жила семья Дэвида Эванса, работавшего механиком в автопарке концерна «Сирз» в Гейтс-Фоллс. Пару лет назад Дэвид обращался к Джимми по поводу кисты или чего-то в этом роде.

На этот раз звонок работал, но дверь тоже никто не открыл. Миссис Эванс лежала в кровати, а двое детей в одинаковых пижамах с мультяшными персонажами – на двухъярусной кровати в детской. Дэйва Эванса удалось обнаружить не сразу. Он прятался в недостроенной кладовке под небольшим гаражом.

Джимми нарисовал карандашом круг на дверях дома и гаража.

– Пока удачно! – сказал он. – Стопроцентный результат.

– А можете подождать пару минут? – робко поинтересовался Марк. – Мне бы умыться.

– Конечно! – согласился Джимми. – Я бы и сам не отказался. Эвансы наверняка возражать не будут.

Они снова вошли в дом, и Джимми, устроившись в кресле в гостиной, прикрыл веки. Вскоре послышался звук льющейся воды.

Перед глазами доктора неожиданно всплыла картина, пережитая в похоронном бюро: вот прикрытое простыней на столе тело Марджори Глик начинает дрожать, потом вылезает рука и принимается описывать в воздухе странные фигуры, и… Он открыл глаза.

В доме Эвансов было гораздо уютнее и чище, чем у Макдугаллов. Он никогда не видел миссис Эванс, но она наверняка гордилась своим жилищем. В маленькой кладовке, которая, судя по всему, именовалась в рекламных брошюрах прачечной, были аккуратно сложены детские игрушки. Бедные дети! Как, наверное, они радовались в те солнечные деньки, что им довелось прожить! Там находился трехколесный велосипед, стояли несколько больших пластмассовых грузовиков для игры в бензоколонку, имелся даже трактор (наверняка из-за него разгорались ссоры) и детский бильярд.

Джимми уже готов был отвести взгляд, но вдруг замер на месте, осененный догадкой.

Голубой мел.

Три светильника с отражателями, висящие в линию.

Мужчины ходят вокруг стола с зеленым сукном и поднимают руки, вытирая голубой мел с кончиков пальцев…

– Марк! – закричал он, чуть не подпрыгнув в кресле. – Марк!

Тот влетел в комнату без рубашки, не зная, что и думать.

39Около половины третьего навестить Мэтта зашел его бывший ученик (выпуск 64-го года, по литературе «отлично», за сочинение «удовлетворительно») и, удивившись необычной подборке литературы, поинтересовался, не собирается ли учитель получать научную степень по оккультизму. Мэтт никак не мог вспомнить, как его зовут: то ли Герберт, то ли Гарольд.

Когда в дверях палаты появился Герберт-Гарольд, Мэтт, читавший книгу «Удивительные исчезновения», невольно обрадовался посетителю.