Он почувствовал ее так, как не чувствует ни один католик, с детства приобщенный к обряду исповедания.

Бен вышел из исповедальни, с облегчением набрал полные легкие свежего воздуха и провел ладонью по шее. Та была мокрой от пота.

Отец Каллахэн тоже вышел и произнес:

– Мы еще не закончили.

Бен молча вернулся, но опускаться на колени не стал.

Во искупление грехов отец Каллахэн велел прочитать молитвы «Отче наш» и «Аве Мария» по десять раз каждую.

– Но «Аве Мария» я не знаю!

– Я дам карточку с напечатанным текстом молитвы, – пообещал голос из окошка. – Вы прочтете их про себя, пока мы едем в Камберленд.

Помолчав, Бен признался:

– Знаете, а Мэтт был прав, когда предупреждал, что это труднее, чем нам кажется. И довести дело до конца потребует немалых сил.

– Думаете? – отозвался отец Каллахэн, и было непонятно, произнес он это из вежливости или сомневаясь."

"Опустив глаза, Бен увидел, что по-прежнему держит коробочку из-под драже, и резким движением смял ее в комок.

10Около часа дня все забрались в просторный «бьюик» Джимми Коуди и тронулись в путь. По дороге молчали. Отец Дональд Каллахэн облачился в сутану, поверх которой надел стихарь и накинул белую епитрахиль с пурпурной каймой.

Каждого он снабдил маленьким флаконом со святой водой и осенил крестным знамением. В небольшой серебряной дарохранительнице, лежавшей у него на коленях, он вез несколько гостий.

Первую остановку они сделали у офиса Джимми в Камберленде. Не выключая двигатель, доктор зашел внутрь и скоро вернулся с молотком в руках и одетый в свободную спортивную куртку, полностью скрывавшую револьвер Маккаслина.

При виде молотка Бен замер, заметив краем глаза, что Марк и Каллахэн тоже смотрят на инструмент как зачарованные.

Боек отливал стальной синевой, а рукоятка была покрыта пористой резиной.

– Жутковато выглядит, правда? – заметил Джимми.

Бен подумал, что должен вбить с его помощью кол в грудь Сьюзен, и почувствовал, как к горлу подкатила тошнота, как бывает, когда самолет падает в воздушную яму.

– Да, – согласился он, с трудом сглатывая слюну. – Выглядит действительно жутко.

Потом они заехали в супермаркет, где Бен и Джимми купили весь выставленный на прилавке чеснок – двенадцать коробок, заполненных серовато-белыми головками.

Девушка на кассе удивленно приподняла бровь и заметила:

– Я рада, что не еду с вами кататься, ребята.

На выходе из магазина Бен поинтересовался:

– Интересно, почему на них действует чеснок? Это связано с Библией, древним проклятием или…

– Полагаю, что это аллергия, – отозвался Джимми.

– Аллергия?!

Каллахэн услышал последнее слово и по пути к цветочному магазину попросил рассказать, что они обсуждали.

– О да, я разделяю мнение доктора Коуди, – сообщил он.