Начальник был на месте, массировал себе череп ладонью, разговаривая с кем-то по телефону. У него опять поднялось давление, на столе лежали таблетки, которые он никак не мог выпить, продолжая кого-то ругать. Видимо, из регионов.

– Ох, поувольняю я завтра кое-кого, – зло бросил генерал, кладя в рот таблетки и запивая их из стакана. – Ну, что у вас? Чем закончились допросы?

– Ребятишки сознались, – ответил Гуров, прикрывая рукой рот и с трудом сдерживая зевоту. – Они знали, что стариков убьют. Точнее, сделают так, что они умрут. Мстили они за какие-то преступления, якобы совершенные этими людьми в прошлом. И, по их мнению, жить таким людям на земле не стоит. Максимализм и игра в робингудов. О сокровищах представления не имели, Пичагин клянется, что тоже ничего не знал. Только месть, только искоренение зла. Хотя по Пичагину клиника Кащенко плачет.

– Я что-то не пойму, – прищурился Орлов. – Вы этим ребятам верите и одновременно не верите, так, что ли?

– Ну, они точно не грабители, мы уверены, – ответил Крячко. – И Пичагин тоже – «карающий меч справедливости». Задела его психику информация, которую он получил об этих стариках, вот и решил продолжить дело одного борца, который умер в зоне от туберкулеза год назад.

– Врет?

– Понимаешь, Петр, – устало вздохнул Гуров, – здравый смысл буксует. Ну откуда у уголовника с двумя судимостями такая информация о делах, которые творил работник МИДа в молодости, тем более когда он преподавал в МГИМО? Откуда у уголовника Пичагина информация из Генерального штаба Министерства обороны и штаба базы Северного флота? Откуда у него информация из недр Академии наук, академического институт РАН и Пушкинского музея? Мы тебе потом покажем распечатку инкриминируемых пенсионерам грехов. Это бред, полный дилетантизм. Это выдумано человеком, который не знает ничего о тех ведомствах и организациях, которые упоминает.

– Ну, бывает, что знают, но не так интерпретируют, – пожал плечами Орлов.

– Да связался я по электронке с колонией. Гифирин Игорь Викторович, по кличке Кефир, который Пичагину передал тетрадку со списком грехов некоторых высокопоставленных граждан, не умер. Он жив и здоров. Даже освободился месяц назад. Задание допросить этого человека мы отправили в территориальное подразделение уголовного розыска. Одним словом, мы верим со Львом Ивановичем, что Пичагин драгоценностей из квартир пенсионеров не крал. И ребята его подшефные не брали. Они вообще не подумали, откуда у уголовника такая информация о пенсионерах могла оказаться. Да и его они считают невинно осужденным. За правду отсидел якобы.

– Значит, есть еще кто-то, кто использовал неокрепшую психику молодых людей и их страсть к борьбе за справедливость. И кто воспользовался угнетенным сознанием наркомана.