Высокий, седоватый, с аккуратной челкой и подстриженной бородкой. В классическом костюме синего цвета, хоть и помятом, но без засаленных следов на рукавах и локтях. Рубашка заправлена в брюки, которые держит ремень из натуральной кожи. Вид портили только тапочки. С отрезанными задниками, грязно-лилового цвета, с жирными следами на носах, они никак не вписывались в общую картину."

"Потаенную страсть к спиртному в коменданте выдавали глаза. Уголки прищуренных век слезились, заставляя мужчину производить навязчивое движение кончиками пальцев от виска к носу, собирая неестественно обильную влагу. Свежий алкогольный запах говорил о том, что Райчиков в своих прогнозах не ошибся. Авансовый платеж за разрешение на проведение фестиваля комендант оставил в винном магазине, а то, что там приобрел, успел употребить. Сфокусировав пьяненький взгляд на пустых руках гостей, он разочарованно протянул:

– А где портвейн?

– Полагаю, вот здесь, – бодро проговорил Крячко, тыкая коменданта пальцем в пузо.

– Не понял, – раздраженно оттолкнул тот руку Стаса. – Вы, собственно, кто?

– Давай-ка внутрь, там и познакомимся. – Крячко начал теснить коменданта, вынуждая его вернуться в комнату. – Заодно и проверим, весь ли портвейн вы, гражданин, употребили.

– Между прочим, мой рабочий день закончился, – неуверенно произнес комендант, вынужденный подчиниться незнакомцу. – То, чем я занимаюсь в свободное от работы время, никого не касается.

– Согласен, – кивнул Стас. – То, чем занимаетесь вы, переступая порог своей комнаты, совершенно нас не касается, а вот знаете ли вы, чем занимаются ваши подопечные, пока вы приятно проводите время в компании «трех семерок», это уже любопытнее.

– Каких еще «трех семерок»? – начал было комендант, но тут же осекся, когда проворные руки Крячко выудили из-за высокого кресла недопитую бутылку портвейна. – Ах, вы про это? Угощайтесь.

– Спасибо за щедрость, но нет, – усмехнулся тот, – на службе не употребляю.

– Похвальная привычка, – только и нашелся что ответить комендант.

– А теперь спросите, что за служба у меня такая, что мешает расслабиться после полуночи? – устраиваясь в кресле, предложил Стас.

– И что за служба? – послушно поинтересовался комендант.

– Наша служба и опасна, и трудна, – пропел Крячко. – Догадываетесь, из какой мы структуры?

– Полиция? Так вы из миграционной службы? Послушайте, что бы вам ни наговорили, все это происки недоброжелателей. В этом отношении у нас все чисто, никаких нелегалов, никакого криминала уже много месяцев. Раньше, не спорю, случались перегибы, но теперь…

Поняв по выражению лица Крячко, что с определением службы дал маху, комендант осекся.