Только-только сыщик начал давить на преступника и заставил его задуматься о последствиях, только наладился хоть какой-то диалог взамен обоюдных угроз, как сбоку раздался гневный голос, скорее даже рев:

– А ну, оставили ее в покое! Я сказал, отошел от нее, падла!

Крячко поморщился от досады и посмотрел направо. От подъезда дома, наклонив голову, как носорог, к ним бежал здоровенный детина в шлепанцах и шортах. Женщина почти фальцетом закричала: «Саша!» – и бросилась к нему навстречу, сжимая в объятиях ребенка. Но тот и не думал останавливаться. Он чуть ли не отпихнул жену с ребенком, пытаясь добраться до двух мужчин, которые непонятно что замышляли и каким-то образом пытались обидеть его суженую.

Как же ты не вовремя появился, с тоской подумал Стас, мысленно измеряя расстояние от бегущего парня до себя и от себя до преступника. Неизвестно, на кого первого он кинется.

– А ну стоять, козел! – визгливо закричал прыщавый и, подняв пистолет, направил его на бегущего человека."

"Обидное слово «козел» затмило разум и без того разъяренного парня, и он резко сменил траекторию бега, ринувшись безрассудно на преступника с пистолетом в руке. Другого такого шанса не будет, подумал Стас и бросился вперед. Он упал, перекатываясь в прыжке, чтобы не представлять собой удобной мишени. На какой-то миг и преступник, и взбешенный муж молодой женщины выпали из его поля зрения, и тогда же раздался первый выстрел.

Понимая, что он все же не успел и пуля преступника могла натворить бед в этом дворе и запросто уже унести чью-то невинную жизнь, Стас наугад ударил ногами вперед и с удовольствием почувствовал, что его ботинки угодили во что-то мягкое, напоминающее живот человека. Он вскочил на ноги – рука с пистолетом оказалась прямо перед его лицом. Пальцы мгновенно вцепились в запястье бандита, и прыщавый, заорав от боли, полетел на землю, роняя оружие.

Когда во двор вбежал Гуров с несколькими оперативниками, Крячко уже сидел верхом на обезоруженном преступнике и защелкивал наручники на его завернутых за спину руках. В паре метров от них на земле сидел здоровенный парень в шортах, зажимавший рану на руке, чуть выше локтя. Женщина с ребенком сидела рядом с ним и ревела во весь голос, ей вторил голос ребенка, а из подъездов с опаской стали выходить первые очевидцы.

– Ты-то цел? – спросил Гуров, сжав плечо друга и помогая ему подняться на ноги.

– Да нормально все, – улыбнулся Стас, отряхивая брюки. – Я вон за них больше боялся. Вылетел как бешеный за жену заступаться, ну и нарвался сдуру на пулю. Вроде вскользь прошла, как он там, посмотри.

Дмитрий сидел на стуле посреди кабинета Григорьева, держась за перевязанный бок. Лицо его было бледным, а на щеках играл нездоровый румянец.