Я бы на вашем месте согласился, тем более что вечер у вас сегодня свободен, вы мне сами сказали. И вам предлагают сделать его незабываемым. Участвовать в театральном капустнике вместе не только с молодыми актерами, но и с ведущими мастерами сцены. Знаете что? Поехали! Поехали все вместе!

Когда Гуров после устроенной в их квартире репетиции проводил Виолу Палееву до такси, он еще долго стоял у тротуара, глядя на проезжающие машины. Начинало темнеть, и скоро придется везти Катю в театр, где их будет ждать Виола. Он подумал, что часто в жизни случается непредвиденное, совсем неожиданное. Или может случиться. Вот и Катя Калякина, с которой его так неожиданно свела судьба, через пару часов окунется в волшебный мир театра, где оказаться совсем не думала.

Вытащив телефон, Лев набрал Крячко.

– Стас, ты в управлении еще? Слушай, я сегодня познакомился с одной женщиной, у нее ювелирный бизнес. И она подтвердила, что на обоих фото – и жены Борисовского, и жены Колотова – драгоценности, видимо, настоящие. Они просто не могут быть ни подделкой, ни дешевой бижутерией из поделочных камней. Статус обязывает, понимаешь. У них был высокий статус, не могли они надеть в виде украшений что-то другое. А мы с тобой не подумали об этом, привлекали и дергали консультантов, а там ведь все просто.

– Но тогда получается, что и жена генерала Бурунова имела настоящие драгоценности, – ответил Стас. – Ты понимаешь, что мы теперь имеем? У нас есть общий мотив на все три преступления, и мы вполне можем называть три смерти преступлениями. Слишком много совпадений. Их кто-то нашел, таких вот троих, а может, и не троих… чьи жены давно скончались, и у каждой при жизни были драгоценности.

– Вот и я о том же.

Гуров вернулся домой, тихо открыл дверь и вошел в прихожую. Маша и Катя сидели в гостиной и пили чай, тихонько беседуя. Гуров прислушался, жена расспрашивала гостью о ее работе, увлечениях. Кажется, они подружились.

– Нет, не я главная в нашей фирме. Главным всегда был и остается мой отец – ювелир Владимир Борисович Калякин. Он основатель этого дела, на его плечах оно лежит, он его вытянул в трудные годы, стоял у истоков, заразил нас с братом этим… нет, Маша, не бизнесом, этим искусством.

Гуров слушал и удивлялся, что Катя рассказывает о своем бизнесе не столько с гордостью, сколько с теплом, так говорят о чем-то родном, о детях, о близких. Но фирма и была создана близкими. И дело стало родным. Как и у него когда-то его работа в уголовном розыске.

– Давно, еще в 1977 году, нашего отца пригласили учеником в ювелирный цех, – рассказывала Катя. – Тогда это был единственный ювелирный цех на всю нашу область. А мастером и учителем был Гарри Сергеевич Роузенфельд. В начале 80-х Гарри Сергеевич уехал в Германию со своими сыновьями.