Наверное, её били в детстве, может быть насиловали. Теперь она пытается оторваться, по полной программе, на других людях. Очень обидно только, что этим человеком оказалась я.

Подползаю к ней на четвереньках и смотрю на неё. Она берет свою ногу и носком сапога, поддевает мой подбородок приподнимая его.

Она берет меня за волосы и тянет к себе, приближая моё лицо к своему животу и раздвигает ноги.

– Начинай лизать! – снова слышу ее голос.

Оборачиваюсь на мужчину, он все в той же позе: сидит и наблюдает, улыбается. Я с недоумением смотрю снова на девушку. Она реально хочет чтобы я это сделала? Я никогда раньше не была с девушками, мне даже думать об этом противно! Господи, какая гадость!

В моей семье всегда осуждались такие люди, позволяющие себе нарушать моральные принципы, установленные природой и обществом.

Но сейчас получается, что меня насильно принуждают заниматься тем, что против моей природы. Наверное, я все-таки, откажусь.

Нужно как-то деликатно выйти из этой ситуации. Если бы мне сразу сказали, что меня ждет, то я попросила бы Сергея, чтобы он отдал эту парочку моей напарнице. Конечно, мне искренне жаль нашу вторую работницу, но тут выживает сильнейший.

Если встаёт вопрос я или она, то конечно же, я выберу себя.

Злобная клиентка дёргает меня за волосы и трясет мою голову. Она в ярости, замахивается. Кажется, сейчас ударит. Я инстинктивно зажмуриваюсь. Но она меня не бьет. Осторожно открываю глаза, она спокойно повторяет свой приказ.

Пытаюсь вступить с ней в диалог, объясняю, что никогда этим не занималась и что мне это не нравится. Стараюсь смотреть дружелюбно, говорю, что я не по этой части.

– Сейчас ты моя рабыня! Я заплатила за тебя деньги и ты будешь выполнять все, что тебе прикажут, тебе понятно? – ее голос звучит более, чем убедительно.

Мне больно это осознавать, но она права. Меня тут никто не спрашивает, что мне нравится, и чего я хочу.

– Приступай! – снова грозный крик.

Я закрываю глаза, осторожно высовываю свой язык. Касаюсь клитора этой враждебной леди. Надеюсь, что я делаю все правильно. Я даже никогда не видела, как это делается!"

"Иногда просто шутили и смеялись с подругой, когда кто-то из нас, говорил другой, что ей идет платье или прическа. Просто говорили, что это звучит по лесбиянски.

Это реально выглядело смешно. Смешно и абсурдно. Но сейчас… Сейчас мне совершенно не смешно, мне страшно! Мне даже боязно представить, как все это выглядит со стороны!

Я стою на коленях перед этой наглой выскочкой, и мое лицо склоняется между её ног, а мой язык уже несколько раз коснулся её клитора.

Хорошо ещё, что от нее приятно пахнет. Видно, что вымылась и надушилась. Подготовилась. Ее клитор такой сухой и горячий! Я едва касаюсь его языком, но девушка уже начинает ёрзать.