Самочек мало. Еще одна хорошо, - пояснила фрайд. – Кушать.

На шее фрайд появился небольшой отросток. Именно к нему присосалась крошка. Пока Пятница удивительным образом кормила, я обмыла ее нижнюю часть остатками воды и насухо вытерла. Одеяло теперь придется стирать. Но мы справились. И без плохих последствий. Я устало легла на траву и посмотрела на небо. Именно в этот момент над нами завис флаер.

- Тарринатиумы, - констатировала Пятница. – Ка, беги!

Я вскочила. Только куда мне бежать, какой смысл. С плато я не спущусь. Облик дракона неизвестно, приму или нет. Поэтому, сначала, пробежав несколько метров, я остановилась.

- Нет, Пятница, я не побегу, - сказала я подружке. – Меня все равно не спасти.

А флаер уже опустился на землю, и из него появился Турдум с несколькими помощниками. И они приближались к нам.

- Пятница! – вскрикнула я. – Уходи с малышкой! Я не хочу, чтобы ты пострадала!

- Я с тобой! – упрямо качнула головой фрайд. – Я помочь.

- Как! Как ты сможешь это сделать! Беги! – закричала я. Но лягушечка не послушалась. Она положила крошку на одеяло, а сама встала.

Тарринатиумы подошли совсем близко.

- Ну и дала ты нам жару! – сказал Турдум. – Неужели думала, что сможешь убежать? Куда ты денешься с нашей планеты, дурная самка. Найти тебя было делом времени.

- Тариум не ваш, - заметила фрайд.

- А это там еще кто квакает? – насмешливо проговорил тарринатиум. – Неужели, фрайд? Мы еще не всех вас, оказывается, уничтожили? Сейчас исправим это упущение.

Турдум навел на Пятницу оружие.

- Нет! – крикнула я, загораживая подругу. – Не смей! Оставь ее в покое!

- Отойди, самка! – небрежно повел в мою сторону усами Турдум. – Хватайте ее, что стоите как истуканы.

А я закончу с фрайд. Возомнили себя непонятно кем! Только мы, тарринатиумы, будем главными на этой планете!

Я видела, как ко мне ползут насекомые, что Турдум сейчас расправится с Пятницей, и бешенство овладевало мной. Я ощутила давно не проявляющийся жар в крови. Спину прорвали крылья. Я превращалась в драконицу, и это было вовремя. В этот раз изменения заняли долю секунд. Я взвилась в воздух и схватила Турдума за отвратительную голову. Тарринатиум извивался в моей пасти, и я, недолго думая, сомкнула зубы на его шее, разрывая напополам ненавистное насекомое.

Но больше всего меня поразили действия Пятницы. Она подняла мордочку вверх, сложила губы дудочкой и издала громкий утробный звук. Фрайд не останавливалась. Гул становился все более пронзительным.

- Бежим! – заволновались тарринатиумы. – Она зовет своих!

Они кинулись к кораблю, но не успели. Все небо загудело. Я увидела, как к нам летят сотни подобных моей подружке существ. Только у них еще оказались крылья. Радужные и прозрачные, словно у птичек-бабочек.