— Не стреляй по верхним, экономь патроны и бей по тем, кто ползет, — я потряс руками и размял плечи, детки тут не совсем пушинки, с каждым разом бросок все тяжелее дается, а промахнуться очень как не хотелось. Да и воспиталке нужен был отдых, она чуть не оступилась, когда подхватила самого крепкого из пацанов.

Но мы справились. «Пончик» довольно успешно отстреливалась по головам, ползущих к нам мертвякам, но новые падали уже на мягкое и хромоножек становилось все меньше, зато каждый второй довольно быстро поднимался и шаркал в нашу сторону. Я стал помогать, расстреливая, тех по кому промахивалась или, до кого не успевала добраться, девушка и крикнул ей, чтобы сваливала.

Поймал себя на мысли, как сильно мне нравится пистолет Лебедева. Да, пусть это укороченная версия, более борзая и менее удобная, чем полноценная, но все равно кайф. Как сказал один знакомый профи, будто конструкторы реально знали, что и как нужно делать. По крайней мере, под мою ладонь лучше еще ничего не придумали. Мушку еще только поменяю, но здесь все «глоковское», а там возможностей и вариантов полным-полно.

Долго насладиться мне не дали, даже в транс не успел войти, как заметил над парапетом тощие непропорциональные руки “циркуля” и маленькую не убиваемую головешку на плечах.

Перепрыгнул к ждавшей меня девушке, махнул на нее, чтобы двигалась дальше, а сам опять расчехлил гранатомет. Прицелился и стал ждать, а в момент, когда циркуль показался на парапете, выстрелил в стену и сам поразился эффекту. Часть стены и крыши обвалились, затянув в дыру не только покоцанного «циркуля», но и несколько шаркунов.

Я погнал малолетнюю толпу по трубам к лестнице на вышку. Дождался, пока все смогут забраться наверх. Убедился, что погоня рассыпалась и рядом нет опасности, а воспитательницы могут закупорить люк, через который дети выбрались на стальную площадку. Забросил им баклажку с водой, помахал рукой и заскользил вниз по трубам.

Ничего, они местные, не мороженое, растаять до прихода помощи не должны. А мне нужно дальше ускоряться.

Я добежал до стоянки старых автобусов, увернулся от зомби, выползшего из-под спущенных, почти вросших в землю, колес, но ног у него не было, лишь два обгорелых уголька, а вот прыти было, хоть отбавляй. Как безногая ящерица, виляя всем телом, зашуршал, опираясь только на руки. Я использовал его, как трамплин, и забрался на крышу автобуса. Побежал, перепрыгивая с крыши на крышу, вскарабкался на очередную связку труб, выросших над дорогой, и осмотрелся."

"К пристани не подойти, прям не захолустье Африканское, а Сочинский городской пляж в разгар сезона какой-то.