Послышалось бряцание оружием, тихий голос кого-то позвал в рацию, потом топот и писк какой-то аппаратуры для взлома электронных замков.

Я отступил в кусты, пересек двор и, минуя известные мне датчики, бросился в лодочный сарай. Отвязал лодку, закинул внутрь канистры, пару весел и залез сам. Оттолкнулся веслом от причала и, стараясь не издавать лишних звуков, выплыл на большую воду.

Когда свет загорелся на участке, я был уже далеко. Увидеть еще могли и даже прицельно выстрелить, но пока они не найдут профессора, палить без разбора не должны. Зато могут броситься в погоню.

Попробовал ускориться, плыл вдоль берега, ориентируясь на редкие источники света. Доплыл до очередного пляжа с выступом и расслабился, только когда завернул за камни, точно уходя с линии обзора.

Посмотрел карту, понял, что из лодки можно и не выходить. Всего-то нужно обойти часть Фритауна, каких-то тридцать километров по воде. И это не город, тут действительно по прямой, если мотор заведется, то за час управлюсь. Сначала вдоль берега до района Абердин, судя по всему, местный аналог нашей «Рублевки», а потом сверну в сторону залива Тагрин, пройду дальше вдоль берега и окажусь в своем районе.

То есть совсем недалеко от ЖД музея. Там от него до берега всего двести пятьдесят метров. Я стал вертеть карту, прикидывая, что и где и понял, что и до нефтебазы, где Соломон обосновался, там совсем рукой подать. Это если городом, то плутать по захваченным районам, а с моря всего два километра.

Выживальщики уже в осаде, а ультиматум истекает завтра днем — в любом случае бойцы Соломона либо уже покинули нефтебазу, либо сделают это заранее перед атакой. При таком раскладе идея заскочить по-тихому на огонек не кажется такой уж безумной.

На берег я так и не вышел. Отдалившись на пару километров от экспериментального траходрома профессора, завел мотор и на скорости прошел почти весь маршрут. Сильно не гнал, и видимость плохая и глаза слипаться начали. Поравнялся с ЖД музеем и прошел еще немного до небольшого залива, где располагалась паромная станция.

И если в районе Абердина многое реально выглядело «дорохо и бохато», и высокие красивые отели с ухоженными пляжами, и дорогие яхты, на которые я жадно пускал слюни, но не решался выпускать журавля из рук.

Грязь, ржавчина, недострой и мусор — и локальное кладбище кораблей. Местные даже старые паромы никуда не убрали. Совсем недалеко от станции на небольшой глубине в воде ржавели темные остовы. Я приткнулся к крепкой на ощупь железяке и привязал лодку. Убедился, что с берега ко мне не подобраться и завалился спать.

***

Кисси ту Тагрин ферри. 29 марта 03:50

Проснулся без будильника, нога затекла.