- Ну что, Эля, вот все и кончилось.

- Все только начинается – сказала я радостно.

- Тебе уже дали ответ из военного ведомства?

- Меня берут на пассажирский паром помощником капитана – я гордо вскинула голову – пока на полгода, надеюсь задержаться там подольше. А тебе ответ пришел?

- Пока нет. Но дядя обещал помочь с местом для службы – друг улыбнулся, но глаза у него были грустными – когда выходишь?

- Через пять дней. Сразу после дня рождения. Хочу устроить праздник. Ты же придешь?

- Ты сомневаешься во мне, кнопка? – Лиам подхватил меня на руки и закружил. А потом поцеловал в макушку.

- Лейтенанты, отставить вольности. Обжиматься будете за воротами академии.

Лиам хмыкнул и поставил меня на землю. Мы оба вытянулись по струнке, хотя хотелось захихикать. Капитан Старков, куратор нашей группы, пытался, как обычно, выглядеть серьезным, но его глаза лучились довольством и весельем.

- Я слышал, что тебя, лейтенант Илларионова пригласили на пассажирский паром? – спросил мужчина.

- Так точно, капитан – я улыбнулась во все тридцать два, Старков похлопал меня по плечу

- Надеюсь, у тебя все сложится, девочка.

- Я тоже, капитан – выдохнула я, пытаясь выглядеть взрослой, самостоятельной и серьезной. И еще не зная, что все сложится совсем не так, как я запланировала.

Глава 2: Недоброе утро

Третья колония Земли, планета Флодан, квартира Элины

Элина Илларионова

Утро встречает меня жутким похмельем и ощущением того, что меня, как минимум, зажевало лопастями аэролета. Я чувствую себя странно, тело ломит, в мозгах - каша. Голова такая тяжелая, что невозможно оторвать ее от подушки. Пытаюсь двинуться, но понимаю, что мне мешает большая рука, которая по-хозяйски лежит на моей талии.

Так, вчера после выпуска мы всей группой пошли в клуб «Звездный шторм». Я помню танцы, много разноцветных коктейлей в маленьких трубочках, помню, как кружилась голова, как Лиам заботливо прижимал меня к себе, пока андроид-таксист вез нас ко мне домой. Память всплывает урывками: вот мы в моей съемной квартире, вот я говорю другу, что хочу полежать, вот комната кружится, а губы Лиама…. И жар. Я говорила, что не хочу, что он не должен… И его горящие глаза, и шепот, и мое тело, такое слабое и безвольное… Так, стоп.

Я понимаю, что лежу совершенно голая. Я чувствую, как к моим ягодицам прижимается мужская плоть. Тяжелое дыхание опаляет макушку, и все волоски на теле встают дыбом. Нет, нет. Это сон. Плохой сон. Вот сейчас закрою глаза, сделаю глубокий вдох, и все пройдет. И не будет сегодняшней ночи, и не будет тех гадких чувств, что появляются в душе. Я же не хотела, я же просила. Что со мной вообще было? Злость поднимается внутри темной волной. Я рывком подскакиваю, кутаясь в тонкое одеяло.