Редко когда они могли различить среди деревьев владельцев этих взглядов. За годы, проведенные в ранге ученика внешнего круга они научились идеально маскироваться в этом извечном лесу.

В том числе маскировать и свои хижины. Будучи опытным следопытом, Хаджар по косвенным признакам мог определить где находятся крупные “поселения”. Лес тянулся на многие километры и, логично было предположить, что помимо одиночек здесь найдутся и своеобразные деревни.

Хотя, скорее даже наоборот.

– Здесь, кажется, неплохое место, – пробормотал Хаджар, когда они поднялись на очередной холм.

С него открывался довольно приятный вид на ближайшие окрестности. А значит, даже если кто-то и захочет доставить им проблемы (вопреки правилам школы), то им сперва придется весьма постараться.

– Умеешь дома складывать? – спросил Эйнен.

Островитянин весьма ловко обращался с древесиной… когда это касалось постройки лодок или плотов. Во всех остальных случаях, лысый особыми умениями и знаниями не обладал. Контрабандистам и работорговцам как-то не с руки было строить избы или дома. Да и где их разместишь на палубах.

– Ну, тогда с тебя ловушки.

Эйнен кровожадно улыбнулся. Может пираты и не разбирались в домостроительстве, но вот в умении соорудить смертоносную западню из пары зубочисток и бумаги, им не откажешь.

Друзья перемещались налегке. Все их немногочисленные пожитки помещались в пространственном кольце Хаджара. Оглядевшись и убедившись, что за ними никто не следит, Хаджар мысленно нырнул в черное пространство артефакта. Помимо тела феи, свитка с изображение Черного Генерала и мельчайшей капли эликсира богов, там парили несколько кучек имперских монет, золотых и, что важно, два походных мешка с разнообразным добром.

В них, помимо всего прочего, лежали в том числе и два топора.

Достав их, Хаджар вручил один другу, а второй взял сам. В бытность офицером армии Лидуса, он успел получить достаточное количество нарядов от Догара, их командира, чтобы наловчиться в вопросах сложить не только избу, но и целый барак.

К тому же это было давно. В те времена он находился на ступени практикующего формирования. Сейчас же, будучи истинным адептом, он справиться с задачей в несколько раз быстрее.

Плюнув, по старой памяти, на ладони, Хаджар взялся за рукоять топора и, размахнувшись, одним ударом срубил дерево толщиной в метр.

Глаза боятся, руки делают. К вечеру своего первого дня в статусе ученика внешнего круга, хаджар срубил столько бревен, что хватило бы на тренировку всего медвежьего отряда.

За срезанной корой и ветками постоянно приходил Эйнен. Хаджар не знал, что его друг сооружает на подступах к их новому дому, но лысый постоянно просил самому вниз не спускаться. Уверял, что потом покажет безопасную тропу.

Хаджар не спорил.