Когда я обернулась во второй раз, Тимур уже с отсутствующим видом пялился на доску.

– Что ты все вертишься? – удивилась Янка. – Обычно глаз не сводишь со своего обожаемого Золотка…"

"– Ну чего ты привязалась ко мне? – неожиданно огрызнулась я.

Казанцева удивленно захлопала глазами и обиженно отвернулась. А мне все Макеев покоя не давал. Еще несколько раз я смотрела на него во время урока, но взглядами мы больше так и не встретились.

После географии Антон Владимирович попросил Тимура подойти к нему. Уж не знаю, о чем они разговаривали, но видок у Макеева был еще тот.

Недовольней, чем прежде. Я прислушивалась изо всех сил и нарочно медленно собирала сумку. Но в классе стоял такой гомон, что расслышать что-то было просто нереально. Янка, несмотря на то что дулась на меня пол-урока, все-таки терпеливо ждала, пока я соберусь.

– Что ты копаешься? – не выдержала Казанцева. – Сейчас уже звонок на алгебру будет.

Пришлось поторапливаться. Когда мы выходили из кабинета, Антон Владимирович меня окликнул:

– Наташа! Не забудьте!..

Как такое можно забыть? Я кивнула:

– Конечно, я забегу!

А сама при этом не сводила взгляд с Макеева.

Он тоже смотрел на меня. А ведь Тимур знает, что я по уши втрескалась в нашего географа. Макеев усмехнулся и первым отвел взгляд.

Всю алгебру я сидела как на иголках. Новая тема совсем не шла в голову. Я и так обычно ничего в алгебре не понимаю, а здесь вообще – караул. Урок казался бесконечным… Звонок на перемену стал для меня настоящим спасением.

В столовой я продолжала витать в облаках, и девчонки, конечно, это заметили. Поначалу Снежана и Милана болтали о том, что на зимние каникулы их хотели отправить к бабушке в деревню, но как хорошо, что есть замечательная отмазка – поход с географом – и они могут пропустить эту поездку.

– Пусть лучше бабушка сама к родителям приедет, – сказала Милана. – Она давно в городе не была. А в деревне делать нечего. Тем более зимой.

– Там даже интернета нет, – поморщилась Снежана.

– И телевизор плохо показывает.

– Ага. Два канала всего. Когда мы приезжали к бабушке летом, то смотрели одни новости и «Модный приговор».

– Ага, помнишь выпуск, где переодели молодую училку?

– «Обвиняется в непонимании: весна – время снять лишнюю одежду и влюбиться!» – процитировала Снежана.

Милана захохотала.

В панорамное окно ярко светило зимнее солнце. Вокруг слышались голоса и звон посуды.

– В деревню был резон ездить, только пока там жил Коля Ерофеев, – сообщила нам Милана.

– Это такой высокий? – припомнила Снежана.

– Да. Из третьего дома. Он в городе теперь живет. Поступил на химический.

– Или физический?

Близнецы могли бесконечно болтать, подхватывая реплики друг друга. Мы с Казанцевой в их беседе участия не принимали.