Но потом втянулся и уже сам вставал по утрам, не просыпал занятий.

Как-то Ованес вернулся с работы немного раньше обычного. Открыл дверь и остановился на пороге удивленно.

Около печки хозяйничала незнакомая женщина, а Клим вместе с девчонкой, видимо одноклассницей, за столом делал уроки.

Только тут Петрович понял, что Клим давно приспособился к этому и не решался говорить Петровичу правду, а тот удивлялся, где научился пацан так здорово готовить, стирать и убирать в доме.

Увидев Ованеса, мальчишка растерялся. Сжался в комок. Он знал: Петрович не любил чужих людей в доме, и жили они замкнуто.

На свой страх и риск решился пацан подружиться с соседями. Признаться в том боялся, чтоб самого не выгнал Петрович ненароком. Самое малое, чего для себя ждал теперь, так это — трепки. И пожалел лишь о том, что не выпроводил соседей загодя. Но кто мог знать?

— Здравствуйте! — не моргнув глазом, прошел в дом хозяин.

Клим вобрал голову в плечи. Наблюдал за Ованесом исподволь.

— Вы уж извиняйте, без приглашеньев пришли. Дети вот за одной партой учатся. Вместе им уроки готовить легче. А я тоже не без дела. Хоть чем-то помогу, — засмущалась женщина.

— Все правильно. Спасибо вам. И за помощь вашу, и за заботы, — ответил Петрович, поспешно снял сапоги, приметив, что полы в доме недавно вымыты.

— Мы по соседству живем. Вот наш дом. Сбоку. С вашим сыном мы давно знакомы. И дружим. Хороший он у вас мальчуган. Частенько нам помогает. Всю осень они с Машенькой вместе в тайгу ходили. За грибами, ягодами. И в школе он не дает ее в обиду никому. Защищает, как свою сестру. Раньше били. Теперь не трогают.

— Молодец, Клим! Настоящим мужчиной растешь! — похвалил Петрович.

Мальчишка облегченно вздохнул.

— Ну, я не буду мешать. Ужин готов. Если можно, пусть дети уроки доделают. А я пойду, — заторопилась соседка.

— Что так? Давайте вместе поедим, — предложил хозяин. И, указав на притихших детей, продолжил: — Вот они справятся — и поужинаем. Кстати, как вас зовут?

— Валентина, — ответила женщина, покраснев. И заторопилась: — Мне дома печку истопить надо. Не то в холоде спать будем. В другой раз вместе поужинаем, — выскочила в дверь.

Вскоре ушла и Машенька.

— Спасибо тебе, — подошел Клим к Петровичу.

— За что?

— При них не стал колотить.

Не осрамил меня перед чужими…

— По-моему, они тебе уже совсем не чужие? — рассмеялся Ованес.

— И тебе пора тетку заводить. Как всем. Чем ты хуже других? Все некогда. Вот я и нашел. Тебе и себе заодно. Они хорошие бабы.

— А Машенькин отец что нам скажет? Ты об этом подумал?

— То как же? Привел бы я их в дом, если бы у нее дядька имелся? Я — не дурак! Нет у Машки отца. Вовсе никого, как и у меня. Сиротствуют. Обе.

Я у них был вместо мужика. Один на двоих. Легко ли? — сопнул Клим и продолжил: — Я им всегда дрова рублю.