Есть хочется жутко.

Пока все грелось, прошла в ванную. Умылась.

Вернувшись в кухню, налила себе в тарелку бульон. Достала сухари. Села за стол и, зачерпнув ложкой жидкость, так и не смогла засунуть ее в рот. Без него и есть не хочется. Ну и куда он пропал?

Прошлась по кухне, в комнату. За окном уже темно и ни намека на его присутствие.

Плюхнулась на диван и зарылась пальцами в волосах. Но тут же вскочила на ноги от звука хлопнувшей входной двери.

— Мак, — выбежала в коридор, но мужчина, скинув обувь и куртку, прошел мимо меня на второй этаж, попутно стягивая с себя свитер.

Хлопнула дверь на втором этаже. Слышны его шаги.

Я очень хочу понять его чувства. Ведь явно то, что сегодня узнал, ему не понравилось. Но я-то должна знать, раз меня в это вмешали.

Хочется выть и лезть на стену от непонимания происходящего. Я безвольно слоняюсь по дому и не могу заставить себя сесть хотя бы поесть, про сон я вообще молчу.

Кидаю печальный взгляд в сторону, наверное, уже остывшего бульона и решаюсь подняться наверх.

Чем выше ступенька за ступенькой, тем моя решительность все больше куда-то испаряется. Сколько прошло времени с момента, как он поднялся сюда, не могу сказать точно. Вообще могу с уверенностью сказать, что с некоторых пор время в его обществе я не замечаю.

Оказавшись на втором этаже, замираю у приоткрытой двери. Оттуда доносятся приглушенные звуки ударов.

Осторожно приоткрываю дверь еще больше и замираю.

Я как нимфоманка. Наблюдаю за ним и не могу оторвать глаз от голой спины. От мышц, что бугрятся под кожей. В одном лишь развороте плеч чувствуется невероятная мощь. Сексуальная. Манящая. Запретная. Пугающая.

Идиоткой себя ощущаю. Потому что пускаю слюни на этого молчаливого и такого чужого мужчину. Хочется треснуть себя по голове, влепить себе пощечин и спросить, о чем я вообще думаю? А ни о чем на данный момент. Только и могу, что наблюдать, как он дубасит эту грушу, вымещая на ней свою злость. Как от быстрых и четко выверенных движений пот капля за каплей стекает по спине. Как хочется дотронуться до разгоряченной кожи. Внутренности скручиваются в тугой узел и тянущая боль перекатывается вниз живота.

Останавливается. Тяжело дышит, придерживая грушу. Выпрямляется. Чуть вполоборота поворачивается. Я с трепыхающимся сердцем прячусь. Затаила дыхание, лишь бы не увидел.

Прислоняюсь спиной к стене. Я и боюсь показать свою заинтересованность, и в тоже время хочу, чтобы он во мне увидел не только свою работу. Но и… качаю головой. Нужно бы уходить, пока я не натворила глупостей. Решаюсь еще одним глазком посмотреть на него и выглядываю снова, тут же замирая.

Стоит только поднять на него взгляд, тут же попадаю в плен его темных глаз. Вдох застревает в легких. И я не могу больше втянуть воздух. Будто разучилась это делать.