В общем, сколько летим, столько головами крутим. А рядом торчат в стороны толстые фашины стволов «мини-ганов», за которыми сидят стрелки в марсианских шлемах с очками до середины лица. Они уже потенциальные опасности выискивают. Чухают над головами лопасти винтов, негромко, но назойливо посвистывают двигатели, ветер гуляет по открытой с обеих сторон кабине, пусть и не слишком сильный — конструкторы вертолета полет с открытыми дверями учитывали.

Снизу тянется серая лента шоссе, все та же самая. Можно и напрямую пролететь, над лесами и болотами, но у нас попутная задача доразведать маршрут движения колонны, увидеть, что там делается сегодня, что могло измениться.

Это уже первая моя ошибка — неправильно оценил освещенность с утра, надо было на час позже вылететь, но теперь менять что-то уже поздно.

Посмотрел на лица сидящих рядом — выглядят спокойными, но это именно что выглядят. Если всмотришься, то поймешь, все волнуются. Кого-то руки выдают, кого-то слишком плотно сжатые губы, кого-то взгляд. Опытных в этом вертолете всего двое: Лес Калахан, бывший «динкорповец», а до этого служивший в разведподразделениях американской морской пехоты, который командует группой «Лима», ну и я, вроде как командующий всей операцией.

Еще Рик здесь, который бывший экстремал из моей первой группы. Он уже втянулся в эти дела более или менее, в Нассау даже отличился. Остальные мои бойцы из того состава раскиданы по другим группам, а те, кто сейчас рядом — недавние выжившие, прошедшие какую-то подготовку прямо на месте уже, на острове Салливан. Правда, в этом есть и плюс — они все как раз отсюда, соответственно, хорошо знают местность. Поэтому здесь же сидит Уилл Оборакумо — рослый и излишне упитанный черный парень с такой широкой мордой, что каска на ней кажется откровенно маленькой, словно он украл ее у ребенка и нацепил смеха ради. Он не из «Лимы», он в охране Салливана, но мы взяли его с собой потому, что он как раз весь из себя бывший национальный гвардеец и в этом арсенале бывал не раз, знает там все ходы и выходы. Кстати, он вроде коренной местный, а фамилия чудная. Или это он решил в себе африканские корни поискать и погордиться? Было бы чем…

Ладно, зато мы экипированы хорошо и всего у нас много.

А у психов нет ничего, и вообще мы круче. Разберемся. Справимся. Ничего сложного в этой операции нет, похожие, пусть и ближе к базе, мы уже проводили, а проводить придется еще немало. Так что нормально все, летим.

Лететь час, примерно, даже чуть больше. Еще часа полтора вертолеты, если потребуется, могут повисеть над нами, поддержать огнем или просто нас эвакуировать, если там все будет не так, как надо.