Для гарантии сбросили на огневые точки кассетные бомбы и снова засверкали вспышки взрывов.

Четвертый штурмовой вертолет накрыл лесок в полукилометре от места высадки на случай, если там укрылся «комитет по встрече», дав два залпа и сбросив обе бомбы и теперь мог поддержать морпехов лишь пушечным и пулеметным огнем.

Выжить после такого душманским зенитчикам не представлялось возможным. Но на тот случай если все же не все огневые точки оказались выявлены и подавлены (на одном склоне вполне могло быть и по две позиции, просто расчеты коротали ночь у одного огня для экономии дров), то Ми-24 никуда не ушли и начали кружить над горами, ведь у них осталось по одному блоку неуправляемых ракет и кассетной бомбе, кои тут же обрушатся на врага стоит ему только себя обозначить. Опять же в горах помимо зенитных расчетов с ДШК, что засели почти на самой верхотуре, поутру могли засесть группы стрелков и гранатометчиков для «теплой» встречи шурави, что все-таки смогут ступить на их землю.

Стали заходить на посадку Ми-8. Высаживались вопреки уже наработанному опыту на дно ущелья, но увы местные горы являлись скальными и выгрузиться там нормально не представлялось возможным, разве что сбросить несколько человек в качестве наблюдателей за противоположным склоном, что и было сделано."

"«Пчелы» так же дали залпы НУРСами по подозрительным местам в горах в непосредственной близости от посадочных площадок и подняв тучи пыли или облака водной взвеси приземлились. Бойцы, выпрыгнув из их чрева стали как на учениях разбегаться в стороны по одному то влево, то вправо занимая круговую оборону. И лишь последняя четверка бойцов приняв на себя роль грузчиков начала спешно выгружать взятое с собой оружие и боеприпасы.

Вертолеты, полностью освободившись от груза тут же взмыли в воздух, чтобы вскоре прилететь со второй волной десанта. Вместе с «пчелами» улетели и «крокодилы».

Анатолий невольно улыбнулся. Морские пехотинцы, прибывшие на смену заболевшим, натурально взвыли от интенсивной боевой учебы коей их нагрузили по настоянию Киборгина. Они стреляли, стреляли и еще раз стреляли, с утра до ночи и даже ночью с применением НСПУ. Капитан даже приказал всем, чтобы законопатили уши самодельными берушами, чтобы не оглохли. Благо в зоне боевых действий с боеприпасами нет проблем и если начальство вменяемое, то никто патроны не экономит.

Грохот стрельбы смолкал на полигоне лишь на время приема пищи и чтобы почистить автомат или пулемет от образовавшегося нагара, при этом во время чистки с ними проводились теоретические занятия вроде тех бесед о местных нравах, что Анатолий проводил со своими бойцами на опорных пунктах, ну и просто велась идеологическая и эмоциональная накачка, дабы бойцы стреляли по врагу, а не в «молоко».